- Как на ладони

Как на ладони. Состояние экономики в году.

Генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор Степан Сулакшин; Эксперт Центра Кравченко Л.И.

Проведена диагностика текущего социально-экономического
состояния России, оценены признаки рецессии.

Оценка текущего
состояния социально-экономического развития страны органами власти сводится к
формуле, что все идет лучше, чем ожидалось, а с IV квартала кризисные тенденции будут
окончательно преодолены. Прогнозируется в 2016 году экономический рост на
уровне 2%, однако пока не объясняется, за счет чего это должно произойти. Официальные
прогнозы крайне противоречивы и неустойчивы и скорее выдают желаемое за
вероятное. В президентском центральном официальном докладе на ПМЭФ-2015 цифры
отобраны по принципу наиболее оптимистических, реальные цифры попросту
замалчиваются.

Анализ
социально-экономического развития за 5 месяцев (январь-май 2015 г.) показывает,
что экономический спад продолжается, скорость спада в производственном секторе
растет, дно кризисного спада не достигнуто,
признаков оживления нет ни в одной сфере.

Заявления президента США относительно того,
что Россия находится в глубокой рецессии, оказываются более обоснованны и убедительны,
чем оценки российских политиков относительно динамики социально-экономического
развития страны. Неадекватность оценок снижает качество государственного
управления.

Основные
параметры экономического развития

Уже в 2013 году российская экономика вступила в
стагнацию, что проявилось в замедлении экономического роста, падении инвестиций
в основной капитал и практически нулевом уровне промышленного производства (в
2013 г. он составил 0,4%, в секторе обрабатывающей промышленности падение на
1,1%). В силу инвестиционного спада в 2014 году закономерным должно было стать
дальнейшее замедление экономического роста даже без внешнего давления.
Введенные санкции только ускорили переход от стагнации к рецессии, которая в
2015 году стала неминуемой.

Для анализа текущего социально-экономического
состояния развития России анализируются ключевые макроэкономические параметры:
темп роста ВВП, состояние промышленности, инвестиции в основной капитал, объем
грузоперевозок, оборот розничной торговли как индикатор потребительского
спроса, строительство, цены, курс национальной валюты, а также социальные
показатели рынок труда и уровень жизни.

Согласно данным
Росстата за первый квартал 2015 г. падение ВВП составило 2,2%, по оценке
Минэкономразвития за пять месяцев ВВП сократился на 3,2%. Прогноз
Минэкономразвития, данный в конце мая, предполагает в базовом сценарии
(сохранение санкций, средняя цена на энергоресурсы – 60 долларов за баррель)
падение ВВП на 2,8%. Но для этого необходимо экономическое оживление во второй
половине года, предпосылок к которому, как будет показано ниже, в российской
экономике не наблюдается.

По оценкам Минэкономразвития падение ВВП во
втором и в третьем кварталах составит примерно 3,5-4%, в четвертом квартале
ведомство ожидает замедление падения до 2%. Однако экономика будет оставаться в
рецессии, а ожидание замедления падения до 2% выглядит необоснованно оптимистично.
Учитывая традиционную погрешность прогнозирования Минэкономразвития в сторону
завышенных позитивных ожиданий (таблица
1), стоит ожидать более существенное падение.

Таблица 1

Прогнозы
социально-экономического развития России на год, данные в преддверии года (по
данным Минэкономразвития)

Прогноз на 2012 (дан 21.09.11)

Прогноз на 2013

(дан 14.12.12)

Прогноз на 2014 (дан 27.12.13)

Прогноз на 2015 (дан 3.12.14)

Прогноз 2015 (6.02.15)

Прогноз 2015 (28.05.15)

Темп роста ВВП, %

Типичное завышение ожиданий по ВВП от
Минэкономразвития достигает более 2%. Значит, его «истинное» значение может
составлять вплоть до минус 10%.

Проверочная оценка такова. Экспорт
составлял около 30% ВВП до спада. Его падение в мае 2015 г. минус 44%. Значит
эффект в ВВП при неизменных остальных компонентах (что завышено с точки зрения
позитивности оценки) составит более 10%. Все это говорит о том, что эффект спада будет больше, чем в кризисные
2008-09 гг. и очень вероятно составит двузначную цифру.

По ожиданиям
Внешэкономбанка падение должно составить не 2,8%, а 3,5-3,8%, что ниже
изначальной оценки в 4,3-4,7%, которая была пересмотрена в результате роста цен
на нефть. Ожидается выход из рецессии в IV квартале. Оценка на 2016 года
лежит в плоскости незначительного, но все же экономического роста.

Линейная пролонгация темпов прироста ВВП
(рис.1) указывает на то, что сокращение темпов прироста ВВП – это закономерный
результат постоянно идущего процесса деградации экономики, а не кратковременное
отклонение, как это было в 2009 году. Оно
является следствием накопившихся проблем в экономике. Прежде всего, это упорно
поддерживаемый Центробанком РФ искусственный дефицит ликвидности. При отсутствии
длинных денег, инвестиций в основной капитал, роста платежеспособного спроса,
прежде всего инвестиционного, а затем уже потребительского, преодолеть структурные и валовые проблемы роста
не представляется возможным. К этому стоит добавить, что вероятность продления
санкций после января 2016 года крайне
высока. Без государственного вмешательства экономика самостоятельно
восстановиться не сможет. Но государственная политика показывает сворачивание
интервенций.

Рис.1. Темп роста ВВП, в % (по данным Росстата)

Из 16 секторов экономической деятельности (рис.2) только четыре по итогам I квартала показали рост – это добыча
полезных ископаемых (традиционно всегда в приросте), сельское хозяйство,
практически нулевой рост в государственном управлении и производстве
электроэнергии. Валовая добавленная стоимость прочих сектров сократилась в
размерах до 10%.

Рис.2. Индексы физического объема
произведенного ВВП и валовой добавленной стоимости по видам экономической
деятельности, I квартал 2015 г.

Итак, падение ВВП в 2015 году достигнет
3-5% по официальным прогнозам. По экспертной оценке спад может составить до
10%.

Промышленное
производство

Индекс промышленного
производства за пять месяцев упал на 2,3% (рис.3). Падение в мае оказалось еще
более существенным, достигнув 5,5%. Обрабатывающая промышленность демонстрирует
худшие показатели из всех видов промышленного производства. Ее сокращение за 5
месяцев достигло 4,1%.

Динамика снижения промышленного
производства указывает на то, что признаков оживления в экономике нет и,
напротив, спад ускоряется. Промышленность сокращается на фоне роста издержек
(удорожание кредитов, комплектующих из-за девальвации), дефицита инвестиций
(дорогие кредитные деньги), низкого платежеспособного спроса в результате
резкого сокращения заработных плат. По ряду отраслей падение за период
январь-май 2015 года превышает 10% (рис.4).

Рис.4.
Индекс производства по видам экономической деятельности за май 2015 г., в % (по
данным Росстата)

Это текстильное производство,
производство транспортных средств и оборудования, целлюлозно-бумажное
производство, производство кожи, машин и оборудования. Провальные показатели в
секторе производства машин и оборудования, приборов указывают на то, что задача
снижения доли сырьевой компоненты в экспорте не будет реализована. Эти отрасли
российской промышленности остро нуждаются в государственной поддержке.

Падение промышленности продолжается даже
несмотря на плавное снижение ставок на кредитование. Оно несущественно с учетом
внеэкономической критической завышенности. Главная причина – это системный
кризис отечественного производства, износ оборудования, низкие объемы
государственного заказа, которые могли бы обеспечить спрос на отечественное
производство этих сегментов. 2015 год осложнен ростом издержек на производство,
в котором значительна доля импортных комплектующих или импортного оборудования,
которые в результате девальвации рубля подорожали.

Показатели за январь-май 2015
продемонстрировали, что производство легковых автомобилей упало на 23,8%,
грузовых – на 23,2%, автобусов – на 14,3%.
Динамика трех видов производства– машин и оборудования, транспортных
средств, электрооборудования демонстрирует непрекращающееся ежемесячное падение
(рис.5). Май стал наименее благоприятным месяцем для промышленного производства.
Ближайший прогноз – дальнейший спад.

Ожидания органов власти – это падение
промышленного производства на 1,8-1,9%, что означает рецессию экономики, но на
уровне не ниже кризисного 2009 года. Показатели мая указывают на усиление
негативных тенденций в секторе промышленного производства. Спад будет больше.

Инвестиции
в основной капитал

Инвестиции в основной
капитал демонстрируют тенденцию на дальнейшее снижение. И это главный фактор для прогнозирования динамики
экономики (лаг 0,5 – 1 год).

За период январь-май
2015 года падение составило 4,8%. Оно
было вызвано сокращением привлеченных средств, что прямо сопряжено с
удорожанием кредитов, импортной продукции машин и оборудования в результате
девальвации рубля. Падение инвестиций — длительное
явление, которое идет с 2013 года
(рис.6). Сокращение инвестиций связано с уменьшением объемов государственной
поддержки и объема привлеченных средств в результате снижения доходности
бизнеса.

Рис.6.
Инвестиции в основной капитал, в % (по данным Росстата)

Показатель инвестиций
традиционно коррелирует с промышленным
производством. Инвестиции выступают необходимым ресурсом для промышленности. Их
дефицит приводит к замедлению производства, что демонстрируют данные последних
двух лет.

Грузооборот
транспорта

Третий показатель,
который наряду с инвестициями в основной капитал и индексом производства
отражает рост валового внутреннего продукта – это грузооборот транспорта. Этот
показатель наиболее релевантен к ВВП. Фактически он позволяет контролировать
«приписки» ВВП.

Его увеличение могло бы сигнализировать о
постепенном оживлении промышленного производства, а падение — о наличии
кризиса. Грузооборот транспорта за январь-май упал на 2,1%, снижение за май
стало рекордным – на 4,1%. Динамика грузооборота коррелирует полностью с иными
показателями — наблюдается тренд падения
показателей.

Рис.7.
Грузооборот транспорта, в % (по данным Росстата)

Исходя из ожиданий
падения производства можно предположить, что произойдет сокращении темпов и грузооборота.

Строительство

Объем работ,
выполненных в секторе «строительство», за январь-май 2015 г снизился на 6,1%,
при этом максимальное падение пришлось на май, когда объем работ сократился на
10,3%. Динамика строительства отрицательна, что является итогом рукотворного
кризиса:

В результате
девальвации произошло удорожание материалов для строительства, которые являются
преимущественно импортными;

Дестабилизация банковского сектора и
рост кредитов затруднили возможности ипотечного кредитования, что соответственно
привело к сокращению спроса, который выступал основой инвестиций в сектор
строительства.

Снижение объема работ в данном секторе в течение 2014 года
сопряжено с ухудшением экономической конъюнктуры в стране, в которой уже
наблюдалась стагнация экономики. Сектор строительства, вероятнее всего, будет
восстанавливаться наиболее медленными темпами, чем прочие экономические отрасли.

Оборот
розничной торговли

Показатель указывает на
состояние платежеспособного спроса населения. Именно этот параметр выступал
стимулом экономического роста в секторе товаров потребительского спроса начале
2000-ых годов. Ошибочно считать, что потребительский спрос является драйвером
всей экономики. За него отвечает инвестиционный спрос, который правда
сказывается на экономике в целом с более длительным лагом времени.

Замедление прироста
реальных доходов граждан, которые в 2015 году стали даже сокращаться, привело к
снижению спроса, промышленность конечной сборки лишилась важного компонента
своего функционирования – платежеспособного спроса. Причиной сокращения стал
резкий рост инфляции как следствие встречных санкций — продуктового эмбарго,
введенного в августе 2014 года, и девальвации валюты, которая привела к
удорожанию импортных товаров и отечественной продукции, использующей при
производстве иностранные компоненты. Оба фактора являются результатом
собственных действий российских властей.

За 5 месяцев оборот розничной торговли упал на
7,5%, в мае падение достигло 9,2%, что является худшим показателем за 2015 год.
Оборот розничной торговли в 2015 году показывает динамику, более негативную, чем в период кризиса 2009 года
(рис.9).

Рис.9.Оборот
розничной торговли (по данным Росстата)

В мае в сравнении с апрелем
2015 года произошло падение продаж легковых автомобилей на 7,2%,
фармацевтических, медицинских и
ортопедических товаров — на 10%, компьютерной техники — на 3,8%.
Выросли продажи бытовой техники, но в апреле спад продаж бытовой техники
составил 5-25% в зависимости от ее вида. Наибольшее падение – это компьютеры на
25,6%. Данный фактор указывает на то, что падение производства может быть более
длительным, чем в 2009 году, поскольку фактор спроса не работает – до конца
года маловероятно оживление торговли. Единственным фактором оживления может
стать стимулирование государственного заказа и увеличение заработных плат
населения при финансовой стабилизации. Но этот прием полностью противоречит
деятельности правительства.

Цены

В 2015 году страну
ожидает высокая инфляция. За период январь-май 2015 года к январю-маю 2014 года
индекс потребительских цен составил 16,2%, цен промышленных товаров – 11,6%,
тарифов на грузовые перевозки – 10,4%. Сравнение с
предыдущим годом дано на рис.10.

Прирост потребительских
цен к декабрю прошлого года составил для продовольственных товаров 11,3%, для непродовольственных
товаров 8,4%, для услуг 3,9% (наибольший прирост по группе
страхования 20,5% и дошкольному
воспитанию 13%). Темпы ежемесячного
прироста цен замедляются. Если в январе цены на данные группы товаров выросли соответственно
на 5,7%, 3,2% и 2,2%, то в мае на 0,1%, 0,5% и 0,5% соответственно (рис.11).

Замедление инфляции подтверждает
рукотворный эффект от девальвации рубля и встречных санкций. Иными словами,
власти сами организовали этот рост инфляции.

Уровень
жизни населения

Уровень жизни
населения в 2015 году в результате
инфляционных и девальвационных процессов резко снизился. В среднем за 5 месяцев
заработная плата сократилась на 8,8%, реальные доходы населения — на 3%.
Учитывая, что у большинства российских граждан заработная плата выступает
единственным источником дохода, целесообразно оперировать уровнем заработной
платы. Размер реальной пенсии также сократился (рис.12).

Рис.12. Темп
роста заработной платы, реальных пенсий, реальных денежных доходов (по данным
Росстата)

Оценка гражданами предстоящих изменений в уровне жизни — негативная.
Индекс потребительской уверенности, отражающийсовокупные
потребительские ожидания населения, в I квартале 2015г. в сравнении с
предыдущим кварталом скачкообразно снизился на 14 процентных пунктов (рис.13).

Аналогичными резкими падениями характеризуются и другие показатели потребительских ожиданий.
Индекс ожидаемых изменений в личном материальном положении
в I квартале 2015г. снизился на 7 п.п., индекс
произошедших изменений в личном материальном положении — на 14 п.п., индекс благоприятности условий для крупных
покупок — на 21 п.п., индекс
благоприятности условий для сбережений — на 8 п.п. Доля респондентов,
положительно оценивающих изменения в своем материальном положении в течение
года, сократилась до 7% (в IV квартале 2014г. — 11%). Доля респондентов,
считающих, что их материальное положение ухудшилось, увеличилась до 52% (в IV
квартале 2014г. — 35%).

Рынок
труда

Официальная статистика
указывает на невысокий уровень безработицы, что сопряжено преимущественно с
тем, что частичная занятость не учитывается при расчете уровня безработицы. Однако
майские показатели стали рекордными. В сравнении с аналогичным уровнем
предыдущего года уровень безработицы вырос на 13,5%, хотя месяцем ранее этот
показатель составлял 8,8%. На протяжении пяти месяцев наблюдается тренд
увеличения численности безработных. По оценкам ЦБ к концу года уровень безработицы вырастет с
текущих 5,6% до 6,5%.

Продолжает расти
просроченная задолженность по заработной плане. В сравнении с апрелем в мае она
выросла на 11,7%, составив 3,28 млрд
рублей. Численность работников, перед
которыми имеется такая задолженность, в мае достигла 76 тыс. человек. Около 95% данной суммы объясняется причиной отсутствия
собственных средств у компании, то есть дефицитом оборотного капитала, что
вполне закономерно, учитывая высокие ставки по кредиту и ужесточение условий
для бизнеса в получении кредитов.

Курсовая
политика: волатильность рубля

Российский рубль по-прежнему
демонстрирует высокую нестабильность — волатильность (рис.14), достигающую 4-6%.

Рис.14. Курсовая волатильность рубля (по доллару), по данным ЦБ (расчет
ЦНПМИ)

На курс национальной
валюты оказывают существенное влияние такие факторы, как:

Мировые цены на
энергоресурсы;

Санкции ЕС и США
относительно России;

Военные действия и политическая
обстановка в бывших восточных регионах
Украины;

Социально-экономические
параметры, в первую очередь, состояние платежного баланса, объем оттока
капитала и др.

Отток
капитала

В первом квартале 2015
года по данным ЦБ РФ чистый отток составил 34 млрд.долл. В годовом исчислении
это более 130 млрд. долл. С учетом негативного прогноза общей динамики российской
экономики величина оттока капитала, скорее всего, будет еще большей.

Заключение

Май 2015 года показал
худшие показатели социально-экономического развития с начала 2015 года,
обнаруживая тенденцию нарастания динамики кризисных явлений. Это, прежде всего,
говорит о неэффективности антикризисной практики правительства. В течение 5 месяцев наблюдался неуклонный
спад. Признаков оживления экономика не демонстрирует. Факторы экономического
оживления в виде инвестиций в основной
капитал, потребительского спроса, состояния денежно-кредитной политики
демонстрируют негативные тенденции. Это указывает на дальнейший спад.

Экономика находится в
рецессии, уровень жизни населения продолжает сокращаться, объемы промышленного
производства падают, что доказывает, что кризис не преодолен.

Апелляция к формуле, озвученной И.Шуваловым, —
«все пошло значительно лучше»
непозволительна. Власть не осознает масштабность кризиса, порожденного накопившимися проблемами
и собственными ошибочными управленческим решениями 2014 года (самоэмбарго,
повышение ключевой ставки, введение плавающего валютного курса, самоустранение
государства и др.), внешним санкционным давлением. Без понимания причин
кризиса, без активного участия государства в экономической жизни страны
преодолеть кризис так, чтобы не сползти
к нему в перспективе 2-3 лет снова, не представляется возможным.

2015 год начался с экономического шока: Центробанк резко поднял ключевую ставку под предлогом необходимости затормозить падение рубля. Рубль действительно перестал дешеветь и даже немного отыграл осенние потери, зато российский бизнес практически лишился кредитного финансирования как такового.

Как экономика пережила это нелегкое время и с чем мы подходим к году 2016? «Русская планета» подводит экономические итоги года и вспоминает все самые значимые события в мире финансов.

Итог №1. Критическое падение промышленного производства.
Сомнительное «лекарство» от Центробанка откликнулось реальным падением производства не менее чем на 4% только по официальным цифрам. Последние на данный момент данные — минус 3,7% по итогам октября, минус 3,8% по итогам ноября.

Итог №2. Антикризисное сокращение бюджетных расходов.
Догадавшись, что что-то пошло не так, правительство России начало год с решительного шага — опубликовало свою антикризисную программу. Идеология этого документа — экономия: сокращение большинства категорий расходов бюджета на 10%, ежегодное сокращение расходов бюджета в течение трех лет на 5% и общее сокращение расходов на функционирование органов госвласти. уже в момент его появления (в январе 2015-го) оптимизма не внушали.

Итог №3. Ставка: как бы пониженная, а как бы и нет.
Вдохновившись упомянутым документом, Центробанк 30 января приступил к постепенному . Хотелось бы сказать, что кредиты стали доступнее, но это не так: по указанному проценту могут кредитоваться только банки, да и то на очень короткие сроки. Бизнес не мог получить деньги дешевле, чем под 25–30%. При этом — важный момент — Центробанк отложил на полгода ограничение максимального размера розничных кредитных ставок до 4/3 от средней ставки рынка. И проценты по кредитам понеслись вверх на лихих конях экономического Армагеддона.

Итог №4. Невыполненные планы.
Февраль-март прошли в попытках осмысления происходящего. Цены на нефть пошли в рост с середины января — с 48 долларов за баррель Brent до 61 доллара; новый мягкий спад начался лишь в конце февраля, а через месяц цены вновь выросли. На этом умеренно благоприятном фоне чиновники подвели первые итоги выполнения своего антикризисного плана: за полтора вместо намеченных 55%. Поистине, пока гром не грянет, мужики на служебных «лексусах» не перекрестятся.

Итог №5. Временное валютное «отрезвление».
В целом весной люди вздохнули с некоторым облегчением. Несмотря на высокие цены в магазинах, укрепление рубля чувствовалось, национальная валюта приблизилась чуть ли не к докризисному уровню, и — в это трудно сейчас поверить — люди стали Но уже к концу года все вернулось на круги своя: граждане снова стали скупать иностранные дензнаки, да еще и с таким рвением, что объем рублевой наличности на руках россиян — из 6,7 трлн руб., находящихся в обороте.

Итог №6. Восточные партнерства.
Лето этого года стало периодом относительного если не процветания, то как минимум явного движения вперед для российской экономики. Нефть была по 65, доллар по 49. В Донбассе наконец воцарился пусть неспокойный, но все-таки мир, и Россия получила возможность спокойно работать над «поворотом на Восток» — активно разрабатывать торговые соглашения с Китаем и Кореей. Большой пакет документов по сопряжению строительства Евразийского экономического союза и экономического пояса «Шелковый путь» — и, как говорится, понеслось.

Итог №7. Мы нужны Западу, но Запад не нужен нам.
Очевидно, что подобное положение вещей устраивало далеко не всех. Западные санкции фактически не работали, Россия успешно провела посевную кампанию, подписала соглашения о поставке теплолюбивых культур со странами Азии и Латинской Америки и, в общем-то, стало очевидным, что примерной порки не получилось, что унтер-офицерская вдова едва ли не сама себя высекла. И тогда . Очередное охлаждение отношений началось с активных действий по исполнению решения ЕСПЧ по так называемому «делу акционеров ЮКОСа»: с первых дней лета Европа принялась выискивать российские активы и накладывать на них арест. И без того пошатнувшееся взаимное доверие сошло на нет.

Итог №8. Лобби сильнее народных избранников.
Тогда же, в июне, стало очевидным, что Федеральная антимонопольная служба при нынешнем законодательстве неспособна контролировать цены. Преодолевая мощное сопротивление лоббистов, Госдума приняла в первом чтении законопроект, ограничивающий беспредел ритейлеров в отношении поставщиков. Увы, до второго чтения дело так и не дошло: совести и здравого смысла.

Итог №9. Хорошо поговорили.
Последним событием периода стабильности стал Петербургский международный экономический форум: на редкость успешный комплекс мероприятий, собравший свыше 10 тыс. человек. Только в рамках форуме было заключено 205 контрактов на общую сумму 293,4 млрд руб., к тому же невозможно сосчитать, сколько начавшихся там переговоров также Правда, благоприятная мировая конъюнктура закончилась примерно через день после закрытия форума, в воскресенье 22 июня, когда . Стало окончательно понятно, что, несмотря на петербургские улыбки и рукопожатия, Запад намерен разговаривать с Россией языком силы.

Итог №10 (показательный). Награда нашла своего героя.
Эльвира Набиуллина по версии журнала Euromoney. На фоне падения рубля, экономического коллапса и этот «успех» напомнил о временах Гапона и Азефа. В целом это событие можно считать «собирательным образом» всего того идиотизма, что творился в сфере управления финансами в России в последние годы.

Итог №11. Продовольственный бунт.
Что ж, санкции — так санкции, согласились в Кремле. В начале августа Владимир Путин подписал указ об уничтожении продукции, поставленной в обход продовольственного эмбарго. Сама по себе мера абсолютно стандартная, но применять ее кинулись с животным энтузиазмом: информационные телепередачи наперебой показывали кадры уничтожения вполне качественной пищи, а в интернете появились ролики, демонстрирующие, как люди выискивают в раздавленной бульдозерами массе что-то более-менее съедобное. Так .

К счастью, еду в России не только уничтожали, но и выращивали. В условиях продовольственного эмбарго хороший урожай оказался как нельзя более кстати: рекорды 2014 года побить не удалось, но в целом .

Итог №12. Чиновник слушает, да ест
… Когда настала пора вернуться к антикризисному плану и проверить, насколько эффективно снизили себе зарплаты чиновники, оказалось, что… Упс. Несколько нехитрых комбинаций опытных шулеров — и . А что? Кризис же, надо как-то выживать и семьи кормить!

Итог №13. Банкрот, банкрот, еще банкрот.
К концу года последствия экономических санкций, то есть отсутствия дешевых западных кредитов, стали ощущать все больше предприятий. Наиболее чувствительными стали и , банка с едва ли не вековой историей.

Итог №14. Конец египетского туризма.
Начало военных действий в Сирии серьезнейшим образом отразилось на туристической отрасли России: сначала из-за взорванного пассажирского самолета , потом из-за сбитого военного — турецкого. На эти страны приходилось свыше 80% российского пляжного туризма. Более того, что еще не раз аукнется экономикам обеих черноморских держав.

Боевое дежурство солдат сирийской армии. Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

Итог №15. Бизнес и власть вступили в «диалог»…
Что до внутренней экономики, то закономерным венцом года стало : Павел Грудинин и Дмитрий Потапенко на секции МЭФ по экономической безопасности, с некоторым трудом подбирая цензурные выражения, объяснили, что такое делать бизнес в России в условиях постоянного роста налогов, новых изощренных запретов и давления коррумпированных инспекторов. Присутствовавшие на секции депутаты Госдумы смогли лишь промычать, что сейчас зато дома не взрываются. Через несколько дней в Волгограде от двух взрывов обрушился жилой дом.

Итог №16. Выживаем вопреки.
При всем этом страна продолжала жить, работать, двигаться. 10 декабря первый ток дал принципиально новый реактор на Белоярской ГЭС — БН-800 на «быстрых нейтронах» станет прообразом недорогих и эффективных коммерческих реакторов будущего. А 15 декабря выпущены первые пластиковые карты «Мир» — платежной системы, независимой от капризов мировых монстров. Особенно важно, что , где невозможно пользоваться картами Visa и Mastercard.

Продолжая тему Крыма, надо вспомнить, что после начала стихийной энергоблокады полуострова России удалось в рекордные сроки , показав тем самым, что если со стратегией у нас проблемы (можно было подстраховаться раньше), то в критической ситуации мы действуем быстро, слаженно и эффективно.

Итог №17. Пора трезветь.
Ну а невольным символом этого сложного, неприятного и, возможно, переломного года стало , которое под самые новогодние праздники решило заставить все бары и магазины подключиться к системе ЕГАИС на шесть месяцев раньше оговоренного. Даже на момент написания этого дайджеста невозможно сказать, законной ли будет продажа спиртного в барах, начиная с 1 января. Будем надеяться, что хорошие чиновники заставят плохих сдвинуть срок реализации своих хотелок хотя бы на полмесяца.

Борьба здравого смысла с поиском личной выгоды, абстрактных хороших чиновников с конкретными плохими обещает быть лейтмотивом экономической жизни в наступающем 2016 году. И давайте в новогоднюю ночь поднимем тост за то, чтобы первые наконец пересажали вторых. Потому что никакие иные методы, как видно из написанного выше, уже не действуют.

Миграционный прирост России, по данным за январь-ноябрь
2015 г., уменьшился по отношению к соответствующему периоду
предшествующего года почти на 20% и составил 214,9 тыс. человек.
Снижение — результат не столько сокращения числа прибытий,
как это можно было бы предположить исходя из текущей экономической
ситуации в России, сколько 15%-го роста выбытий. Помесячный/поквартальный
учет отмечал увеличение числа прибытий только в I квартале,
впоследствии наметился паритет, в IV квартале — очевидное
снижение. По-видимому, к концу года инерция ранее подготовленных
и все-таки совершенных переселений в Россию, а также статистического
лага регистрации прибытий была «съедена» девальвацией рубля
и общим экономическим кризисом. Выбытия из России на протяжении
всего года устойчиво демонстрировали рост по отношению к соответствующим
показателям 2014 г. В результате миграционный прирост России
начиная со II квартала 2015 г. был все время ниже, чем за
аналогичный период 2014 г. В ноябре падение достигло почти
30 п.п. (рис. 1).

Миграционный прирост населения России
с зарубежными странами, 2012–2015 гг., тыс. чел. (стр. 321)

Страна

Международная миграция, всего

В том числе:

Азербайджан

Белоруссия

Казахстан

Киргизия

Молдавия

Таджикистан

Туркмения

Узбекистан

Со странами дальнего зарубежья

* Без учета Крымского федерального округа.
** За январь-ноябрь.
*** Миграционный прирост Крымского ФО за январь-ноябрь 2015
г. составил 32,0 тыс. человек.

По данным Центральной базы данных учета иностранных
граждан (ЦБДУИГ), параметры присутствия иностранцев в России
на декабрь 2015 г. по сравнению с аналогичным периодом прошлого
года сократились примерно на 10%. Это относится и к числу
поставленных на миграционный учет за год, и к числу находящихся
в России иностранных граждан. В абсолютных цифрах это означает
снижение более чем на 1,1 млн числа въехавших иностранцев
и на 800 тыс. поставленных на миграционный учет.

При этом в результате событий на Украине резко
возросло число прибывших и прошедших регистрацию в территориальных
органах ФМС России участников и членов семей государственной
программы переселения соотечественников (183 тыс. человек
против 106 тыс. в 2014 г.), получивших гражданство РФ и разрешение
на временное проживание.

В целом показатели, демонстрируемые внешней трудовой
миграцией, в 2015 г. явно находились под влиянием кризисных
процессов в российской экономике. На этом фоне позитивным
выглядят разве что показатели суммы поступивших от патентов
средств – 34061 млн руб. в 2015 г. против 18312 млн в 2014
г.

В обзоре содержится подробный анализ основных тенденций в российской экономике в 2015 г. В работе 6 крупных разделов, посвященных отдельным аспектам развития экономики России: социально-политический контекст; денежно-кредитная и бюджетная сферы; финансовые рынки; реальный сектор экономики; социальная сфера; институциональные проблемы. Работа выполнена на большом массиве статистической информации, на основе которой осуществлены оригинальные расчеты и многочисленные графические иллюстрации.

Раздел 1. Экономическая политика России в 2015 г.: антикризисные меры
или структурные реформы
В. Мау

1.1. Глобальные тренды: общее и особенное

1.2. Экономическая ситуация в России: отложенный кризис в условиях рентной модели

1.3. Антикризисная экономическая политика

1.4. Приоритеты и риски предстоящего периода

Раздел 2. Денежно-кредитная и бюджетная сферы

2.1. Денежно-кредитная политика
А. Божечкова, А. Киюцевская, П. Трунин

2.1.1. Денежный рынок

2.1.2. Решения в области валютной (курсовой) политики и курсовая динамика

2.1.3. Инфляционные процессы

2.1.4. Основные решения в области денежно-кредитной политики

2.1.5. Платежный баланс и обменный курс рубля

2.2. Государственный бюджет
С. Белев, А. Мамедов, Е. Фомина

2.2.1. Основные параметры бюджетной системы

2.2.2. Поступления основных налогов в бюджетную систему России

2.2.3. Характеристика расходов бюджетной системы России

2.2.4. Основные параметры федерального бюджета в 2015 г. и перспективы на 2016 г.

2.3. Межбюджетные отношения и субнациональные финансы
А. Алаев, А. Мамедов, Е. Фомина

2.3.1. Анализ основных параметров консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации

2.3.2. Финансовая помощь из федерального бюджета

2.3.3. Долговая политика на региональном уровне

Раздел 3. Финансовые рынки и финансовые институты

3.1. Ключевые тенденции на внутреннем фондовом рынке
А. Абрамов

3.1.1. Сравнение характеристик двух российских кризисов

3.1.2. Текущий кризис на фоне мировых финансовых катаклизмов

3.1.3. Проблемы ликвидности фондового рынка

3.1.4. Влияние внешних санкций и замораживания внутренних пенсионных накоплений на российский финансовый рынок

3.1.5. Конкуренция с зарубежными фондовыми рынками

3.1.6. Сокращение капитализации акций российских эмитентов

3.1.7. Роль государства на финансовом рынке

3.2. Инфраструктура фондового рынка
А. Абрамов

3.2.1. Расчетная инфраструктура Московской биржи

3.2.2. Сегментация биржевого рынка

3.2.3. Проекты развития и текущие операции

3.2.4. Структура собственности, финансы и капитализация биржи

3.3. Рынок акций российских компаний
А. Абрамов

3.3.1. Факторы, определяющие динамику рынка акций

3.3.2. Сегменты внутреннего рынка акций

3.3.3. Институциональная структура и конкуренция на рынке акций

3.3.4. Влияние рынка акций на экономику

3.4. Рынок облигаций
А. Абрамов

3.4.1. Общие характеристики внутреннего рынка облигаций

3.4.2. Факторы роста рынка корпоративных и региональных облигаций

3.4.3. Сегментация рынка корпоративных и региональных облигаций

3.4.4. Конкуренция на облигационном рынке

3.4.5. Корпоративные облигации и экономический рост

3.4.6. Рынок государственных ценных бумаг

3.5. Срочный рынок
А. Абрамов

3.6. Инвесторы и финансовые посредники
А. Абрамов

3.6.1. Внутренние институциональные инвесторы

3.6.2. Брокеры и индивидуальные внутренние инвесторы

3.6.3. Банковская система

3.6.4. Иностранные портфельные инвесторы

3.7. Риски на финансовом рынке
А. Абрамов

3.7.1. Финансовые риски в 2015 г.

3.7.2. Риски высокого уровня зависимости внутреннего финансового рынка от поведения иностранных инвесторов

3.7.3. Риски снижения курса рубля в среднесрочной перспективе

3.7.4. Риски обслуживания внешнего долга банками и нефинансовыми компаниями

3.8. Рынок муниципальных и субфедеральных заимствований
А. Шадрин

3.8.1. Динамика развития рынка

3.8.2. Структура накопленного долга

3.8.3. Структура заимствований

Раздел 4. Реальный сектор экономики

4.1. Макроструктура производства
О. Изряднова

4.1.1. Динамика российской экономики в 2015 г.: влияние внешнего и внутреннего спроса

4.1.2. Использование ВВП в 2011–2015 гг.: потребительский и инвестиционный спрос

4.1.3. Структура ВВП по источникам доходов

4.1.4. Динамика и структура производства по видам экономической деятельности

4.2. Декомпозиция темпов роста ВВП России в 2015–2016 гг.
С. Дробышевский, М. Казакова

4.3. Российские промышленные предприятия в 2015 г. (по материалам опросов)

С. Цухло

4.3.1. 2015 г.: был ли кризис в промышленности?

4.3.2. Динамика основных показателей российской промышленности в 2015 г.

4.4. Динамика производства в отдельных отраслях промышленности
Г. Идрисов, А. Каукин, Ю. Пономарев

4.4.1. Конец 2014 г. – начало 2015 г. (март–апрель): неопределенность и поляризация отраслей промышленности

4.4.2. Апрель–сентябрь 2015 г.: формирование новых ожиданий и постепенная стабилизация экономики

4.4.4. Оптовая и розничная торговля: затянувшееся падение

4.5. Инвестиции в основной капитал
О. Изряднова

4.5.1. Условия и факторы инвестиционной деятельности

4.5.2. Материально-вещественные ресурсы инвестиционной деятельности

4.5.3. Инвестиции в основной капитал по формам собственности

4.5.4. Особенности финансирования инвестиций в основной капитал

4.5.5. Динамика инвестиций в основной капитал в 2015 г.

4.6. Нефтегазовый сектор
Ю. Бобылев

4.6.1. Динамика мировых цен на нефть и газ

4.6.2. Динамика и структура производства в нефтегазовом секторе

4.6.3. Динамика и структура экспорта нефти и газа

4.6.4. Динамика цен на энергетические товары на внутреннем рынке

4.6.5. Перспективы российского нефтяного сектора

4.7. Сельское хозяйство в условиях продовольственного эмбарго
Е. Гатаулина, Н. Шагайда, В. Узун, Р. Янбых

4.7.1. Производство сельскохозяйственной и пищевой продукции

4.7.2. Доступ населения к продовольствию

4.7.3. Тенденции в импорте и экспорте продовольствия и сельскохозяйственного сырья

4.7.4. Импортозамещение

4.7.5. Изменения в бюджетной поддержке АПК

4.8. Внешняя торговля
Н. Воловик

4.8.1. Состояние мировой экономики

4.8.2. Условия российской внешней торговли: конъюнктура цен на основные товары российского экспорта и импорта

4.8.3. Основные показатели российской внешней торговли

4.8.4. Географическая структура российской внешней торговли

4.8.5. Регулирование российской внешней торговли

4.9. Участие России в торговых спорах ВТО

М. Баева, А. Кнобель

4.9.1. Торговые споры ВТО, в которых Россия участвует в роли истца

4.9.2. Торговые споры ВТО, в которых Россия участвует в роли ответчика

4.9.3. Торговые споры ВТО, в которых Россия участвует в качестве третьей стороны

Раздел 5. Социальная сфера

5.1. Уровень жизни населения
О. Изряднова

5.1.1. Формирование денежных доходов

5.1.2. Денежные расходы населения

5.2. Миграционные процессы
Л. Карачурина

5.2.1. Долговременная миграция

5.2.2. Новации в миграционном законодательстве

5.2.3. Внешняя трудовая миграция

5.2.4. Внутренняя миграция

5.3. Проблемы развития высшего образования
Т. Клячко

5.3.1. Динамика численности студентов российских вузов

5.3.2. Качество высшего образования

5.3.3. Потребности работодателей в кадрах со средним профессиональным образованием

5.3.4. Занятость выпускников вузов по полученной специальности

5.3.5. Оценка работодателями качества базового образования работников

5.4. Состояние науки и инноваций
И. Дежина

5.4.1. Бюджетные ограничения

5.4.2. Новое целеполагание в области исследований и разработок

5.4.3. Наука в вузах

5.4.4. Основные направления реформы РАН

5.4.5. Тенденции в сфере технологических инноваций

5.4.6. Новые инфраструктурные проекты

5.4.7. Национальная технологическая инициатива

5.4.8. Влияние экономических санкций

Раздел 6. Институциональные изменения

6.1. Состояние государственного сектора и приватизация
Г. Мальгинов, А. Радыгин

6.1.1. Масштабы государственной собственности

6.1.2. Приватизационная политика

6.1.3. Совершенствование приватизационного законодательства

6.1.4. Присутствие государства в экономике и вопросы управления субъектами государственного сектора

6.1.5. Бюджетный эффект имущественной политики государства

6.2. Эволюция института банкротства: от несостоятельности государственных предприятий
к СРО операторов электронных площадок
Е. Апевалова, Н. Полежаева, А. Радыгин

6.2.1. История развития законодательства о банкротстве в постсоветской России

6.2.2. Законодательство о банкротстве 2014–2015 гг.: системные новации

6.3. Рынок недвижимости РФ

6.3.1. Рынок земельных участков
Г. Задонский

6.3.2. Жилищное кредитование
Г. Задонский

6.3.3. Динамика цен на жилую недвижимость
Г. Мальгинов, Г. Стерник

6.3.4. Строительство, ввод и предложение нового жилья
Г. Мальгинов, Г. Стерник

6.3.5. Прогноз развития рынка жилой недвижимости столичного региона
Г. Мальгинов, Г. Стерник

6.4. Северный Кавказ: риски нарастают

6.4.1. Обострение ситуации вокруг внутриисламского конфликта на Северном Кавказе
И. Стародубровская

6.4.2. Местное самоуправление: изменения в региональном законодательстве как
источник рисков
К. Казенин

6.5. Военная экономика и военная реформа в России

6.5.1. Экономические и политические предпосылки войн нового типа
В. Цымбал

6.5.2. Информационный аспект управления обороной
В. Цымбал

МОСКВА, 25 дек — РИА Новости.
Негативные факторы в уходящем году осаждали российскую экономику со всех сторон: то цена на нефть покоряла очередной минимум, то доллар — очередной максимум; реальные доходы граждан, а следом за ними и потребительский спрос, падали, а министерства соревновались в сочинении пессимистичных макропрогнозов.

В течение всего года власти РФ и Банк России были вынуждены принимать решительные, хотя зачастую и непопулярные меры: Минфин отважился на секвестр бюджета, ЦБ «заморозил» ключевую ставку, а правительство разработало антикризисный план, который к концу года был исполнен почти полностью.

«Стрессовый сценарий фактически уже стал реальностью, теперь остается лишь надеяться, что продлится эта реальность не слишком долго», — сказал РИА Новости главный экономист «ПФ Капитал» Евгений Надоршин.

Однако самых мрачных сценариев удалось избежать, считают опрошенные РИА Новости аналитики.

Нефть смешала все планы

Цены на нефть — основной экспортный товар РФ — в течение года показывали, как умеют сбываться самые негативные прогнозы и все возможные стрессовые сценарии, и теперь самые отчаянные в своем пессимизме предположения не кажутся такими уж невероятными.

Аналитик о ценах на нефть: 2016 год «закроем» в районе $40 за баррель
О том, какой будет цена на нефть в следующем году, спорят и политики, и экономисты. Подвел итоги уходящего года и сделал прогноз на будущее в эфире радио Sputnik ведущий аналитик инвестиционной компании «Окей Брокер» Роман Ткачук.

В декабре 2015 года цена нефти Brent обновила минимумы с июля 2004 года, уйдя ниже отметки 36,2 доллара за баррель. Утром пятницы котировки находились около 37,9 доллара. Еще летом 2014 года баррель Brent стоил 115 долларов, а уже в январе 2015 года — всего 48,5 доллара. Главным фактором, давящим на нефтяные котировки, является тенденция превышения предложения над спросом.

В этих условиях власти готовят стрессовые сценарии развития событий и даже меняют планы, как пройти следующий бюджетный год, учитывая негативные тенденции.

Так, ЦБ разработал стрессовый сценарий, согласно которому при среднегодовой цене нефти в 35 долларов спад ВВП может составить около 2-3%. Глава Минфина РФ Антон Силуанов ранее в декабре, в свою очередь, намекнул, что в следующем году властям придется «более внимательно посмотреть на расходы» бюджета, числе учитывая новые антирекорды нефтяных цен.

Трудности прогнозирования

Министр экономического развития Алексей Улюкаев в конце декабря заявил, что ведомство может пересмотреть свой прогноз цены на нефть на 2016 год с 50 долларов за баррель в сторону понижения.

Аналитик «Уралсиб Кэпитал» Ольга Стерина считает, что ситуация на нефтяном рынке сейчас стала мало прогнозируемой, и она не уверена, что сегодняшние уровни цен — это минимум.

«Год был тяжелый для макроэкономики. Основной момент, который был, это почти двукратное падение цен на нефть, и очень сложно сейчас давать какие-то прогнозы на следующий год. Очень много будет зависеть от происходящего на нефтяном рынке, и сейчас нет уверенности, что те уровни, которые мы видим, это минимум», — говорит аналитик, давая среднегодовую оценку цены Brent в 44,5 долларов за баррель.

Рост предложения на нефтяном рынке и планы ряда стран, в том числе России, нарастить экспорт в следующем году еще больше подстегнет снижение цен, считает Надоршин.

«Вероятность исполнения стрессового сценария ЦБ в 2016 году выросла, хотя бы по причине того, что РФ планирует нарастить экспорт нефти, тем самым способствуя снижению мировых цен. Саудовская Аравия, судя по всему, будет делать то же самое, США также начнут экспортировать нефть», — пояснил он.

Локомотив катится под гору

Основной индикатор состояния экономики РФ — розничное потребление — на протяжении всего года показывало спад в 9-10% в годовом выражении, а к концу года, начиная с октября, падение достигло и вовсе фантастических значений, что вызывает серьезное беспокойство экономистов.

Оборот ритейла в октябре показал рекордное с начала 2000 года снижение, провалившись в годовом выражении на 11,7%, а в следующем месяце установил новый антирекорд, обрушившись на 13,1%. А за первые 11 месяцев 2015 года оборот ритейла сократился на 9,3% относительно соответствующего периода прошлого года.

«Серьезную обеспокоенность вызывает сильное падение потребительского спроса. Последние цифры по розничной торговле, которые вышли за ноябрь, очень плохие. То есть такого сильного падения не было даже в 2009 году», — говорит Стерина.

Розничное потребление по итогам года сократится на 16% и еще продолжит падение в следующем году, допускает Надоршин. «Провал в потреблении оказался гораздо глубже, чем я ожидал. Просто гораздо глубже, в разы», — сказал он.

«По сути дела, с 2012 года потребление домохозяйств было единственным локомотивом, который тащил российскую экономику вверх. Сейчас этот локомотив катится вниз под гору, и никаких замен ему нет», — говорит экономист.

«И самое главное — потребление достаточно инертно, оно гораздо медленнее, чем инвестиции, чем многие другие показатели подстраивается к изменениям, к внешним шокам. В следующем году даже если нефть вниз дальше не пойдет, у нас будет следующая волна подстройки потребления — это существенный негативный фактор», — предупреждает Надоршин.

Импорт нам поможет

Роста экономики в уходящем году никто не ждал, но самых мрачных прогнозов, которые предрекали ей спад до 6-7%, удалось избежать.

«Первые оценки, которые мы увидели в январе, оказались самыми справедливыми и самыми интересными: диапазон разбросов был огромный — от 3% до 6,5% спада ВВП. По итогам года не оправдались самые худшие прогнозы», — отмечает аналитик Росбанка Евгений Кошелев.

В конце года ситуация еще ухудшилась из-за снижения цен на нефть — сезонно очищенная месячная динамика ВВП, по данным Минэкономразвития, вернулась в отрицательную плоскость, а в годовом выражении сохранилась на уровне октября. Однако глава министерства по-прежнему не исключает, что по итогам 2015 года спад ВВП ограничится 3,7-3,8%. Официально МЭР прогнозирует спад ВВП на 3,9% в текущем году.

По словам Кошелева, существенным фактором, который не позволил избежать экономического спада на уровне 6,5%, стало сокращение импорта. «У нас чистый импорт оказал очень хорошую статистическую поддержку ВВП — он упал на 25-35%, и это хорошее подспорье оказалось для ВВП», — сказал Кошелев. Он добавил, что по итогам года произойдет падение ВВП на 3,5-3,7%, что в принципе чуть лучше, чем пессимистичные оценки начала года.

Надоршин считает, что экономика продемонстрирует по итогам года более заметное падение. «Хотя спад оказался не такой глубокий в экономике, как я опасался после событий декабря прошлого года, однако падение внушительно: около 4% по итогам года. В сумме картина получилась следующая: 2014 год оказался в плюсе, но за это мы заплатили гораздо более плохими показателями 2015 года», — считает он.

Без дна

Власти РФ осенью заговорили о том, что пик кризиса пройден, однако аналитики не разделяют этого мнения.

В конце августа Улюкаев одним из первых заявил, что российская экономика нащупала «дно», и итоги четвертого квартала будут заметно лучше третьего. В декабре президент РФ Владимир Путин отмечал, что со второго квартала текущего года наблюдаются признаки стабилизации деловой активности.

«По формальным показателям рецессия в экономике РФ завершилась», — говорил Улюкаев в ноябре. «Мы видим, что нижняя точка была пройдена в июне, и с июля, если говорить о динамике экономики месяц к месяцу с учетом сезонности, мы видим небольшой позитивный рост, в июле он был около нуля, в августе к июлю — 0,1%, в сентябре — около 0,3%, в октябре — около 0,1%», — напомнил министр.

«Экономика дно кризиса не прошла», — протестует Надоршин. «Возможно, с точки зрения геополитической напряженности и прочих моментов сейчас стало полегче. Но я не уверен, что ситуация не усугубится еще больше», — поделился он своим мнением.

По его словам, количество пессимистов среди аналитиков превышает количество ожидающих роста экономики в 2016 году. К ним относится и ЦБ. «Да и Минэкономики упоминало о вариантах развития событий, отличающихся от официального прогноза, при нефти 20-30 долларов за баррель», — напоминает Надоршин.

Стерина согласна с его оценками. «Мы думаем, что экономика продолжит сокращаться в следующем году: к сожалению, каких-то точек для роста сейчас, наверно, не видно», — заявила она.

Неудержимая инфляция

Последний актуализированный прогноз Минэкономразвития по инфляции на этот год составляет 12,5%. В то же время Улюкаев уже высказывал мнение, что инфляция по итогам года может составить около 13%.

Без своевременных мер ЦБ и Минфина рост потребительских цен превысил бы и этот прогноз, уверены аналитики.

«На наш взгляд, в 2015 году усугубления многих экономических проблем удалось избежать благодаря взвешенной и согласованной политике Минфина и ЦБ», — считает аналитик Райффайзенбанка Мария Помельникова.

«В начале года экономика получила хороший стимул от ускорения расходования бюджетных средств и реализации антикризисных мер. ЦБ в середине года своевременно приостановил снижение ставки, несмотря на ускоряющееся падение ВВП», — сказала Помельникова.

Инфляции по итогам 2015 года принесла «небольшое разочарование» аналитику Росбанка. «В начале года все профильные министерства и ЦБ говорили об инфляции на уровне 10%, сейчас мы видим 12,5%, и, видим, все еще сохраняются инфляционные риски из-за курса, из-за санкций очередных», — считает Кошелев.

Прожила сложный год под знаком санкций и падения цен на нефть. Насколько хорошо власти и бизнесу удалось справиться с основными проблемами российской экономики? И что нас ждет дальше?

В 2014 году можно было услышать рассуждения оптимистов двух категорий:

  • говорящих о том, что цена на в обозримом будущем не упадет существенно;
  • говорящих о том, что зависимость российской экономики в целом и курса рубля от нефти — не критична, и поэтому падение цен на нефть не окажет существенного влияния на экономику РФ.

К сожалению, оба оптимистических прогноза не оправдались. Если до лета 2014 года цена на баррель нефти марки «Brent» достаточно долго колебалась в районе отметок 100
110 долларов, то начиная с середины 2014-го началось драматическое падение, на сегодняшний день — почти в 3 раза. После обвала конца 2014-го
начала 2015-го (почти до 45 долларов) весна принесла надежду и повод для оптимизма: цена на нефть снова начала расти, лишь немного не дотянув до 70. Но радость была преждевременной. Новый спад «прижал цену к земле» до 7-летнего минимума — почти 36 долларов.

Нужно сказать, что сегодня большая часть экспертов ожидает «затяжного» роста цен на углеводороды, начиная уже с 2016 года (еще недавно они были более пессимистичны — многие прогнозировали спад по 2019 год). Теперь же практически все уверены, что рост будет, и продлится он на десятилетия. Вопрос только в том, насколько он будет быстрым.

Есть жизнерадостные предсказания — типа 80 долларов уже в этом году, но звучат они откровенно сказочно. Я бы сказал, что стоит прислушаться к экспертам , говорящим о том, что скорость роста цен на нефть будет составлять в районе 5 долларов в год. Хотя все это, конечно, очень и очень приблизительно.

В любом случае строить свои планы на основании оптимистического прогноза — никогда не стоит. Поэтому России нужно на всякий случай учиться жить в условиях сравнительно невысоких цен на углеводороды. Как? К этому мы еще вернемся.

На фоне того, что делается с ценами на нефть, вполне ожидаемыми оказались кульбиты, выделываемые курсом рубля. Процитируем расчеты «Коммерсанта» (только статистика, никакой политики):

«Год начался с того, что за доллар на российском валютном рынке давали 56,25 руб.; 15 января — 66,09 руб.; 28 февраля — 61,07 руб.; 12 марта — 62,27 руб.; 27 марта — 56,42 руб.; 16 апреля — 50,52 руб.; 21 мая — 49,21 руб.; 9 июня — 56,04 руб.; 29 июля — 60,22 руб.; 20 августа — 65,72 руб.; 25 августа — 70,74 руб.; 9 сентября — 68,79 руб.; 18 сентября — 65,36 руб.; 20 октября — 61,44 руб.; 29 октября — 65,31 руб.; 17 ноября — 66,46 руб.; 5 декабря — 67,60 руб.; наконец, 16 декабря — рекордные 70,83 руб.».

К счастью, уровень инфляции и роста потребительских цен не позволял себе подобных акробатических упражнений.

В ходе своей большой пресс-конференции президент России Владимир Путин по состоянию на 7 декабря констатировал инфляцию на уровне 12,3% (в ноябре она ускорилась по сравнению с октябрем с 0,7 до 0,8%). Это, конечно, весьма неприятно, но совершенно не критично. И не идет ни в какое сравнение с некоторыми соседями, у которых наблюдается настоящая экономическая катастрофа.

Падение уровня реальной зарплаты в октябре 2015 года по сравнению с аналогичным месяцем прошлого года составило 10,9%. Однако в ноябре этот показатель уже составлял 9%. Если в декабре разрыв сократится еще больше — мы уже смело сможем говорить о некоей устойчивой позитивной тенденции.

Что же касается базового показателя — ВВП, то в этом году он пока снизился на 3,7%. Показатель болезненный, но не критичный. Есть страны, у которых дела обстоят в разы хуже.

Владимир Путин на пресс-конференции заявил о том, что пик кризиса уже пройден. И обосновал свои слова статистикой. Даже на фоне кризиса уже проявляются серьезные позитивные моменты.

Со II квартала текущего года наблюдаются признаки стабилизации деловой активности. На основании чего мы делаем такой вывод? В сентябре–октябре прирост ВВП (уже прирост) составил соответственно 0,3–0,1% к предыдущему месяцу. Начиная с мая перестал сокращаться и объём выпуска промышленной продукции. В сентябре–октябре зафиксирован небольшой, но всё-таки рост промышленного производства: 0,2–0,1%. Кстати говоря, на Дальнем Востоке зафиксирован рост промышленного производства – 3,1%.

Положительную динамику демонстрирует сельское хозяйство, рост там составит не менее трёх процентов. И это говорит о том, что мы правильно и своевременно всё делаем по поддержке сельского хозяйства. И урожай зерновых у нас второй год подряд выше, чем 100 миллионов тонн, – 103,4. (…)

Устойчивая ситуация наблюдается на рынке труда: уровень безработицы колеблется около 5,6%. Сохраняется положительное сальдо торгового баланса. У нас общий объём товарооборота упал, а положительное сальдо сохраняется, причём на достаточно серьёзной величине – 126,3 миллиарда долларов.

Международные резервы составили 364,4 миллиарда, они немножко сократились, но всё-таки это очень солидная величина. Снизился внешний долг Российской Федерации на 13 процентов по сравнению с 2014 годом. Существенно сократился отток капитала. Более того, в III квартале текущего года отмечен чистый приток. (…) Несмотря на сложную ситуацию, продолжает развиваться и ТЭК. Добыча нефти, угля, электроэнергии увеличилась.

По итогам года будет введено в строй более 4,6 гигаватта новых генерирующих мощностей. (…) Вся морская портовая инфраструктура России получила прирост мощности в объёме 19,5 миллиона тонн. Кстати говоря, обращаю внимание вот на что: за январь–сентябрь объём перевалки грузов в российских портах увеличился на 3%. Путин Владимир Владимирович.

Важным аспектом развития российской экономики в кризисный период стало импортозамещение. Это — отдельная большая тема, но все же, говоря об экономике в целом, нельзя не упомянуть и его.

Согласно докладу Центробанка, импорт продуктов в Россию сокращается, а собственное производство, напротив, растет.

Производства картофеля и говядины выросло на 25%, свинины — на 18%, творога и сыра — на 15%, птицы — на 11%, овощей — на 3%. Немного сократилось производство колбасы и рыбы.

Однако при этом, к сожалению, наполнить рынок и полностью компенсировать сокращение импорта у российских производителей не вышло. Предложение той же говядины сократилось на 42%, овощей — на 10% и т.п. И это — все еще очень серьезная проблема.

Что касается производства в целом, то тут, к несчастью, еще царит неопределенность. После четырех месяцев роста, в ноябре 2015 года, промпроизводство упало на 0,6%. Будем надеяться, что в декабре в подобном ключе динамика развиваться не будет.

Возвращаясь к внешней торговле, вынужден буду констатировать, что здесь тенденции пока не утешительны. Экспорт в январе-октябре 2015 года составил порядка 288,7 миллиардов долларов или 68,2% к показателям января-октября 2014-го. Причем почти 185 миллиардов (около 64%) составил экспорт топливно-энергетических товаров. Экспорт машин, оборудования и транспортных средств составил чуть больше 19 миллиардов (около 6,6%), что является не самым радостным показателем.

Импорт упал больше экспорта и составил к аналогичному периоду 2014 года лишь 62%.

Крупнейшими внешнеторговыми партнерами оказались Китай, Германия, Нидерланды, Италия, Беларусь, Турция.

О чем мы можем сказать, подводя итоги? «Всё пропало» кричать нельзя. Есть достаточное количество экономических показателей, демонстрирующих позитивную динамику. Там, где динамика по итогам года получилась негативная, «минусовые величины» совсем не критичны и вполне преодолимы.

Подписывайтесь на канал «Stockinfocus» в , чтобы первыми узнавать о главных новостях и важнейших событиях дня.