- Объективно

Объективно. Пресса о страховании, страховых компаниях и страховом рынке. Выгодоприобретатель по страховке

Выгодоприобретатель

Третьи лица в договоре страхования — это выгодоприобретатель и застрахованное лицо.
Определение выгодоприобретателя для договора имущественного страхования содержится непосредственно в п. 1 ст. 929 ГК РФ, а для договора может быть выведено из норм ст. 934 ГК РФ. Выгодоприобретателем в любом договоре страхования признается лицо, не являющееся страхователем, в пользу которого заключен договор страхования.

Следует подчеркнуть, что из буквального прочтения текста норм вытекает, что выгодоприобретатель — это лицо, не являющееся страхователем
, т.е. всегда третье лицо. Но суды толкуют буквально не норму, а само понятие: выгодоприобретателем является тот, кто «приобретает выгоду», другими словами, получает выплату по договору. Поэтому, когда договор заключен в пользу самого страхователя, они считают выгодоприобретателем страхователя. Сами участники оборота считают так же. В стандартных формах договора страхования часто наряду с графой «страхователь» имеется и графа «выгодоприобретатель». В тех случаях, когда в пользу самого страхователя, графу «выгодоприобретатель» не оставляют пустой и не ставят в ней прочерк, как следовало бы, а либо пишут «страхователь», либо указывают его наименование, так что в графах «страхователь» и «выгодоприобретатель» указывается одно и то же лицо.

Такое буквальное толкование понятия выгодоприобретателя не соответствует тем целям, ради которых это понятие используется законодателем.
Для понимания этих целей рассмотрю норму ст. 956 ГК РФ. Из этой нормы вытекает, что страхователь может заменить выгодоприобретателя своим односторонним волеизъявлением, но, если выгодоприобретатель исполнил какую-либо обязанность страхователя либо предъявил требование о выплате, такая замена запрещена. Смысл этой нормы я понимаю следующим образом: до волеизъявления выгодоприобретатель вообще не должен рассматриваться в качестве субъекта — это просто одно из условий договора. Как субъект, участник договорных отношений, он проявляется лишь тогда, когда изъявляет свою волю. Свою волю он может изъявить двояко: либо исполнив какую-либо обязанность страхователя, либо потребовав выплату. Но поскольку он проявился как субъект, изъявил свою волю, его воля должна защищаться, как и воля любого другого участника оборота.

Как применяют суды эту норму на практике? В одном из дел страхователь, в пользу которого был заключен договор, решил назначить в договор выгодоприобретателя — иное лицо. Суды отказали ему в этом праве, сославшись на то, что он пытается таким образом заменить выгодоприобретателя с себя на иное лицо, но это невозможно в силу ст. 956 ГК РФ, так как он исполнил свою обязанность — уплатил премию (Постановление ФАС Московского округа от 9 августа 2002 г. N КГ-А40/5113-02). В другом деле суды указали, что страхователь в силу той же нормы не может уступить свое право (требование) иному лицу, если предъявил уже требование страховщику (Определение ВАС РФ от 15 ноября 2007 г. N 14095/07). Иными словами, суды в этих делах распространяют действие ст. 956 ГК РФ и на страхователя, в пользу которого заключен договор, так как в таких случаях он, по мнению судов, и является выгодоприобретателем.

Однако в судебной практике есть и другие дела, в которых суд считает невозможным применять ст. 956 ГК РФ в случае, когда договор заключен в пользу самого страхователя. Казалось бы, отказывая применять эту статью в случае заключения договора в пользу самого страхователя, суды тем самым отказывают в признании страхователя выгодоприобретателем. Между тем в своем акте суд указывает, что страхователь «является и страхователем, и выгодоприобретателем в одном лице, в связи с чем норма абзаца 2 статьи 956 ГК РФ, направленная на защиту имущественных интересов именно выгодоприобретателя, не подлежит применению» (Решение АС Москвы от 9 июня 2009 г. по делу N А40-37772/08-50-387). Причем, формулируя эту позицию, он практически цитирует ее из другого судебного акта — определения Высшего Арбитражного Суда РФ (Определение ВАС РФ от 28 декабря 2007 г. N 16719/07). Итак, суды считают, что страхователь может быть выгодоприобретателем по договору, но норма ст. 956 ГК РФ направлена на защиту интересов именно выгодоприобретателя, и в случае, когда страхователь и выгодоприобретатель совпадают в одном лице, она не подлежит применению. Оставляю читателю возможность самому поразмыслить над лабиринтами, которыми следует мысль отечественной Фемиды.

Полагаю все же, что очень несложно решать подобные проблемы, если читать буквально не слово «выгодоприобретатель», расшифровывая его как «приобретатель выгоды», а нормы, в которых оно употребляется. Тогда становится ясно, что выгодоприобретатель в договоре страхования появляется, когда договор заключается не в пользу страхователя, а в пользу иного лица.

Застрахованное лицо

Строго следуя букве закона, можно говорить о застрахованных лицах только в личном страховании, так как только в ст. 934 ГК РФ о них имеется упоминание. Застрахованные лица в договоре личного страхования — это лица, не являющиеся страхователями, но на случай причинения вреда которым заключается договор
. Если следовать этому определению, то такие лица могут быть также и в договоре страхования ответственности за причинение вреда (п. п. 1, 2 ст. 931 ГК РФ). Это же подтверждается ст. 955 ГК РФ, из которой следует, что застрахованные лица могут быть и в договорах страхования ответственности за причинение вреда. Выгодоприобретатель в договоре страхования имущества также может рассматриваться как застрахованное лицо, поскольку договор заключается на случай причинения вреда именно ему (п. п. 1, 2 ст. 930 ГК РФ).

Споры по вопросу о застрахованных лицах возникают лишь в части возможности называть застрахованных лиц в договорах страхования родовым признаком. Эти споры подробно рассматривались в § 1 гл. 8 настоящей работы.

Отношения между страхователем и третьим лицом

В практике возникли два вопроса, относящихся к взаимосвязи интересов страхователя и третьих лиц:

1) должна ли между страхователем и третьим лицом быть какая-то связь либо не требуется, чтобы такая связь имелась;

2) если такая связь должна быть, то она должна иметь юридический характер или может быть чисто фактической?

Рассмотрю сначала первый вопрос.

В практике возникла ситуация, которая хотя и не дошла до суда, но вызвала серьезные споры. Встал вопрос: вправе ли работник заключить договор страхования своих жизни и здоровья от несчастных случаев и болезней в пользу своего работодателя?

Никаких запретов закон на этот счет не содержит. Отсюда со ссылкой на свободу договора (ст. ст. 421, 422 ГК РФ) делается вывод, что такое страхование возможно.

Возникло, однако, сомнение в наличии интереса у работника в том, чтобы при причинении вреда его жизни и здоровью выплату получал работодатель. Выяснилось, что это работодатель, желая компенсировать свои потери от болезней работников, хочет заставить их заключать такие договоры. Он должен был бы страховать свой предпринимательский риск, сам выступать страхователем и платить премию, но решил таким способом снять с себя эти расходы. Эта сделка, если бы она была заключена, была бы кабальной.

И так будет всегда, когда у страхователя нет интереса в том, чтобы привлечь к участию в договоре третье лицо. Договоры заключаются всегда в интересах их сторон (п. 2 ст. 1 ГК РФ). А сделка, заключенная без интереса лица, ее совершившего, является либо кабальной, либо совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или заблуждения, т.е. она недействительна.

Иногда интерес страхователя в том, чтобы привлечь к участию в договоре третье лицо не очевиден, но он есть. В таких случаях сделка будет мнимой или притворной.

Вывод: третьим лицом в договоре страхования может являться не любое лицо, не являющееся страхователем и страховщиком, а только то, в привлечении которого к участию в договоре заинтересован страхователь.

Другая проблема: должен интерес страхователя в привлечении к участию в договоре третьего лица быть юридическим или достаточно фактического интереса?

Решение находим в договорах личного страхования. Очевидно, что никакого юридического интереса не нужно, чтобы заключить договор страхования своей жизни в пользу, например, своего друга или своей гражданской жены (мужа) — вполне достаточно фактического.

Кроме того, требование о том, чтобы упомянутый выше интерес страхователя был основан на каком-либо правовом акте, может вытекать только из закона. Однако нет норм, прямо ограничивающих состав третьих лиц в договорах страхования, а норма п. 2 ст. 1 ГК РФ, из которой следует необходимость наличия этого интереса, не содержит требования о юридическом характере интереса.

Сводка по третьим лицам в договорах страхования

Завершая рассмотрение вопроса, я приведу таблицу, в которой показано, в каких договорах страхования какие третьи лица могут участвовать:

Правовое положение выгодоприобретателя

Права выгодоприобретателя

Основным правом выгодоприобретателя, разумеется, является право требовать выплату. Несмотря на то что нигде в ГК РФ прямо не установлено это право, оно может быть выведено из норм ГК РФ следующим образом.

Как было сказано выше, выгодоприобретателем в любом договоре страхования признается лицо, не являющееся страхователем, в пользу которого заключен договор страхования. Таким образом, договор страхования с назначением выгодоприобретателя следует квалифицировать как договор в пользу третьего лица. Соответственно, из п. 1 ст. 430 ГК РФ непосредственно следует право выгодоприобретателя требовать выплату в свою пользу.

Этот вывод никем не оспаривается для договоров страхования имущества и личного страхования. Однако для договора страхования ответственности за причинение вреда (ст. 931 ГК РФ) рядом авторов оспаривалась сама возможность применения в этом случае ст. 430 ГК РФ. Об этой проблеме подробно сказано в § 1 гл. 13 настоящей работы.

В п. 2 ст. 958 ГК РФ выгодоприобретателю предоставлено еще одно весьма необычное право — отказаться в одностороннем порядке от исполнения договора страхования. Таким образом, выгодоприобретатель, т.е. третье лицо, которое не принимало никакого участия в заключении договора, может его разрушить, хотя в силу общего правила п. 2 ст. 1 ГК РФ страхователь заключает договор страхования своей волей и в своих интересах.

В одном из дел, связанных с возмещением вреда, причиненного при ДТП, причинитель вреда, застраховавший свою ответственность, заявил ходатайство о привлечении к участию в деле страховщика, который против этого не возражал. Потерпевший же, руководствуясь ему одному известными мотивами, заявил, что в соответствии с п. 2 ст. 958 ГК РФ отказывается от договора страхования. Суд, не оспаривая этого права потерпевшего, потребовал пояснить, какие именно его интересы нарушены договором страхования и зачем он воспользовался принадлежащим ему правом. Установив, что никакого интереса в отказе от договора у потерпевшего нет, суд привлек страховщика к участию в деле, отказав потерпевшему в защите его права со ссылкой на п. 1 ст. 10 ГК РФ — злоупотребление правом (дело N 759/2003 Савеловского межмуниципального суда г. Москвы).

Из этого дела как минимум следует необходимость всегда проверять наличие состава п. 1 ст. 10 в случае, если выгодоприобретатель заявляет о применении п. 2 ст. 958 ГК РФ.

В следующем подразделе данного раздела показано, что никакие обязанности не могут возлагаться на выгодоприобретателя договором страхования. В силу п. 4 ст. 430 ГК РФ выгодоприобретатель всегда может отказаться от своего права (но не от договора), и тогда это право перейдет к страхователю. Соответственно, не ясно, как существованием договора страхования могут быть нарушены права и законные интересы выгодоприобретателя.

Наоборот, совершенно ясно, как отказ выгодоприобретателя от договора может нарушить интерес страхователя. Из этого следует, что данное право выгодоприобретателя не может быть использовано иначе, чем во вред страхователю, что не допускается.

Свобода договора, закрепленная в ст. 421 ГК РФ, распространяется также и на свободу сторон сохранять договор в силе столько времени, сколько им необходимо. Это, разумеется, справедливо до тех пор, пока само существование договора не нарушает прав и законных интересов других лиц. Однако норма п. 2 ст. 958 этого Кодекса прямо дозволяет третьему лицу, интересы которого никак не могут быть нарушены договором страхования, вмешиваться в автономную волю сторон договора, т.е. в свободу договорных отношений. Подобная конструкция весьма существенно ограничивает свободу предпринимательской и иной экономической деятельности, закрепленную в п. 1 ст. 34 Основного закона. В силу п. 3 ст. 55 Конституции РФ подобные ограничения могут вводиться только с вполне определенными целями. Цели же, с которыми выгодоприобретателю предоставлено такое право, не ясны.

Выгодоприобретателю предоставлены и другие права страхователя, однако они не имеют существенного значения, как рассмотренные два.

Уступка выгодоприобретателем своего права требовать выплату от страховщика

Возможность такой уступки требования является принципиально важной проблемой. В судебной практике имеется несколько дел, в которых прямо указано, что такая сделка недействительна, поскольку выгодоприобретатель не является кредитором в обязательстве по выплате (Постановления Президиума ВАС РФ от 21 мая 1996 г. N 771/96 и от 6 января 1998 г. N 1386/96). Этот вывод подтверждается следующим рассуждением. Страхователь заключает договор страхования в пользу третьего лица в своих и только в своих интересах. Покупая у страховщика услугу, страхователь платит за то, чтобы выгодоприобретателю была произведена выплата. Дозволяя выгодоприобретателю свободно уступить свое право требования, мы тем самым позволим ему произвольно воспрепятствовать страхователю пользоваться приобретенной им услугой.

Это хорошо видно на примере страхования ответственности. Если допустить уступку своего требования выгодоприобретателем (потерпевшим) иному лицу, то страховщик будет обязан произвести выплату не потерпевшему, и поэтому страхователь (причинитель вреда) останется ответственным перед потерпевшим. Страховая услуга не будет оказана.

Соответственно, относительно такой уступки справедливы те же рассуждения, что и относительно одностороннего отказа выгодоприобретателя от договора.

«Обязанности» выгодоприобретателя

В гл. 48 ГК РФ законодатель, формулируя обязанности страхователя, часто использует конструкцию «страхователь (выгодоприобретатель) обязан». Иными словами, на выгодоприобретателя возлагаются те же обязанности, что и на страхователя. В п. 2 ст. 939 ГК РФ указано: «…страховщик вправе требовать от выгодоприобретателя выполнения обязанностей по договору страхования… при предъявлении выгодоприобретателем требования о выплате…», т.е. имеется и право, корреспондирующее обязанностям.

Таким образом, возможно такое толкование указанных норм ГК РФ, в силу которого на третье лицо, которое не принимало никакого участия в заключении договора страхования, помимо его воли возлагаются юридические обязанности.

Примечание. Предъявление требования о выплате, о котором идет речь в п. 2 ст. 939 ГК РФ, вряд ли можно считать в данном случае согласием выгодоприобретателя принять на себя обязанности по договору, так как выгодоприобретатель, предъявляя требование о выплате, очень часто с условиями договора не знаком.

Однако внимательный анализ текстов норм позволяет сделать вывод, что такое толкование не соответствует смыслу законодательства. Истинную природу этих обязанностей выгодоприобретателя можно понять, рассматривая их в системной связи со вторым предложением п. 2 ст. 939 ГК РФ, которое устанавливает последствия для выгодоприобретателя неисполнения обязанностей страхователя — на выгодоприобретателя возлагается не ответственность за их неисполнение, а риск этих последствий.

Смысл этой нормы («риск последствий невыполнения или несвоевременного выполнения обязанностей, которые должны быть выполнены ранее, несет выгодоприобретатель») состоит в том, что выгодоприобретатель не вправе ни на кого возлагать ответственность за неблагоприятные последствия неисполнения страхователем своих обязанностей, в том числе и на самого страхователя, не исполнившего обязанность. Именно такое толкование вытекает и из самого текста рассматриваемой нормы, и из сопоставления ее с другими нормами (ст. ст. 19, 312, 753, 1055 ГК РФ), в которых используется словосочетание «риск последствий».

В.В. Мудрых видит в использовании здесь термина «риск» ошибку законодателя и считает, что ее надо исправить, возложив на выгодоприобретателя ответственность за неисполнение обязанностей страхователя. Однако с этим невозможно согласиться. Очевидно, что законодатель сознательно не возложил на выгодоприобретателя ответственность за неисполнение обязанностей, которые тот на себя не принимал. На недопустимость подобных юридических конструкций указывал А. Нолькен еще в 1885 г.

Таким образом, выгодоприобретатель ни перед кем не отвечает за неисполнение обязанностей страхователя, но и он не вправе ни на кого возлагать ответственность за их неисполнение.

Из этого следует, что тексты норм, в соответствии с которыми «страхователь (выгодоприобретатель) обязан…», означают возложение на выгодоприобретателя не юридической обязанности страхователя, а ее исполнения, аналогично тому, как в соответствии со ст. 313 ГК РФ исполнение может быть возложено должником на третье лицо. В данном случае исполнение возлагается не должником, а законом, но сути дела это не меняет. Смысл такого легального возложения в том, что страховщик не вправе отказаться от принятия исполнения, предложенного выгодоприобретателем, несмотря на то, что страхователь такого исполнения на выгодоприобретателя не возлагал и нормы ст. 313 ГК РФ не могут быть применены.

Помимо этого, при обычном возложении должником обязанности на третье лицо должник остается ответственным за неисполнение перед кредитором действия лица, на которое возложено исполнение обязанности (ст. 403 ГК РФ). В данном случае п. 1 ст. 939 ГК РФ допускается возможность возложения исполнения на выгодоприобретателя с освобождением страхователя от исполнения его обязанностей с согласия страховщика.

Замена выгодоприобретателя в обязательстве по выплате

Замена выгодоприобретателя позитивно отрегулирована в ст. 956 ГК РФ. Из этой статьи следует, что выгодоприобретатель может быть заменен путем одностороннего волеизъявления страхователя, несмотря на то, что при заключении договора условие о выгодоприобретателе согласовывалось обеими сторонами.

Поскольку субъектный состав отношений по страхованию существенно зависит от интересов их участников, правила о замене выгодоприобретателя должны быть дополнены условиями о заинтересованности. Общее правило должно быть следующим: если при замене выгодоприобретателя существование застрахованного риска прекращается, то прекращается и договор страхования с последствиями, установленными в ст. 958 ГК РФ. Если же при замене выгодоприобретателя существование застрахованного риска не прекращается, для определения последствий замены следует анализировать конкретный договор.

Например, в договорах страхования имущества, заключенных арендатором в свою пользу, можно назначить выгодоприобретателем собственника без каких-либо последствий. При замене же выгодоприобретателя в договорах страхования имущества на лицо, не имеющее интереса в сохранении имущества, сделку замены следует признавать ничтожной в силу п. 2 ст. 930 ГК РФ. Действительно, признание в этом случае ничтожным самого договора страхования повлекло бы обязанность страховщика вернуть премию с процентами по ст. 395 ГК РФ, но до замены страховщик предоставлял страховую услугу и имеет право на часть премии.

Вопрос о возможности замены выгодоприобретателя путем уступки им своего требования подробно рассмотрен выше и показано, что такой способ замены выгодоприобретателя не должен допускаться, так как при подобной уступке требования существенно нарушались бы интересы страхователя.

Выгодоприобретатель как участник договора и как его условие

Из сказанного видно, что законодатель в договорах страхования наделяет выгодоприобретателя таким объемом прав страхователя и возлагает на него исполнение обязанностей страхователя в таком объеме, что выгодоприобретатель по своему правовому положению становится очень похожим на страхователя. С этой точки зрения невозможно не признать выгодоприобретателя субъектом отношений, вытекающих из договора страхования. Как было показано выше, некоторые авторы рассматривают выгодоприобретателя даже как кредитора, несмотря на прямо противоположное указание в ст. 430 ГК РФ.

Однако не следует забывать, что выгодоприобретатель появляется в договоре лишь для того, чтобы обеспечить интересы страхователя. Право третьего лица возникает у него не своей волей, а волей сторон договора. Совершенно справедливо пишет В.И. Серебровский: «Право третьего лица… существует потому, что обещание должника произвести исполнение третьему лицу принято другой стороной в договоре — контрагентом». Эта же точка зрения отражена в книге К.А. Граве и Л.А. Лунца. Все европейские правопорядки придерживаются такой позиции в отношении договоров в пользу третьего лица.

С этой точки зрения выгодоприобретатель — лишь условие, включенное в договор, потому что страхователь заинтересован в исполнении непосредственно выгодоприобретателю. Иными словами, выгодоприобретатель является субъектом договорных отношений, но неполноценным субъектом. Например, выгодоприобретатель, пока он не заявил о себе в качестве субъекта, может быть заменен на другое лицо без всякого его согласия. Ему не может быть предоставлена полная свобода действий: выгодоприобретатель может быть свободен в своих действиях лишь до тех пор, пока это соответствует интересам страхователя.

Именно из этого вытекает и необходимость ограничения права выгодоприобретателя на уступку своего требования, и необходимость исключения его права отказаться от исполнения договора. Именно поэтому выгодоприобретатель не может нести ответственность за неисполнение обязанностей страхователя, а лишь за риск неблагоприятных последствий, которые могут возникнуть у него из-за неисполнения этих обязанностей.

Вспомним комментарии английской Law commission: «Не предполагается, что закон предоставит третьему лицу все права по контракту либо что третье лицо будет рассматриваться просто как сторона контракта… Мы также не предполагаем предоставить третьему лицу права прекратить контракт» (Пункт 13.2 доклада комиссии «Privity of Contract: Contracts for the Benefit of Third Parties»). Полагаю, что этим замечанием следовало бы руководствоваться и нашим законодателям и правоприменителям.

Правовое положение застрахованных лиц

Застрахованные лица, как и выгодоприобретатели, разумеется, не несут никаких обязанностей. Однако в договоре личного страхования им предоставлено право требовать признания недействительным договора, заключенного не в пользу застрахованного лица без его согласия (абз. 2 п. 2 ст. 934 ГК РФ).

Норма п. 2 ст. 955 ГК РФ запрещает замену застрахованного лица в договоре личного страхования без его согласия. При нарушении этого правила возникает вопрос о правовой судьбе сделки по замене застрахованного лица. Такая сделка очевидно недействительна в силу ст. 168 ГК РФ и, более того, ничтожна, поэтому она не оказывает никакого влияния на правовую судьбу самого договора страхования. Следует отметить, что было бы неправомерным рассматривать замену застрахованного лица в договоре без его согласия как основание для оспаривания самого договора страхования со ссылкой на п. 2 ст. 934 ГК РФ. Это означало бы признание того, что замена произошла, т.е. интерес прежнего застрахованного, о защите которого и заботился законодатель, оказался бы незащищенным.

Наконец, следует сказать и о застрахованном лице в договоре страхования деликтной ответственности. В ст. 931 ГК РФ ему не предоставлено никаких прав. Однако в гл. 13 я буду рассматривать вопрос о том, следует ли предоставить застрахованному лицу, возместившему причиненный вред, право требовать выплату в свою пользу.

Дедиков Сергей Васильевич, старший партнер Общества страховых юристов, советник Московского перестраховочного общества.

В статье рассмотрены понятия: правовой статус, основания возникновения прав, права и обязанности выгодоприобретателя по договорам личного страхования.

Ключевые слова: выгодоприобретатель; страхование; личное страхование; страховщик; страхователь; третье лицо.

Beneficiaries in personal insurance contracts

Dedikov Sergey Vasilyevitch, Chairman of the Senior partners board of Insurance lawyers society, Counselor of Moscow reinsurance society.

The notion, legal status, basis for emergence of the rights, rights and obligations of a beneficiary in personal insurance contracts are analyzed in the article.

Key words: beneficiary; insurance; personal insurance; insurer; policy holder; the third party.

В соответствии с ч. 2 п. 1 ст. 934 ГК РФ право на получение страховой суммы по договорам личного страхования принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Выгодоприобретателя по договору личного страхования назначает страхователь. Если страхователь и застрахованное лицо — разные субъекты, то страховщик может заключить такой договор страхования только при условии, что застрахованное лицо дало на это письменное согласие (ч. 2 п. 2 ст. 934 ГК РФ). Несоблюдение данного положения влечет недействительность договора страхования, если соответствующее требование подано в суд самим застрахованным лицом, а в случае его смерти — по иску его наследников.

Понятие выгодоприобретателя

Определение понятия выгодоприобретателя в договорах личного страхования. Г.Ф. Шершеневич рассматривал выгодоприобретателя как «лицо, которому при наступлении предусмотренного договором события страховщик обязывается уплатить определенную сумму или выплачивать определенную ренту… Чаще всего выгодоприобретатель совпадает со страхователем или застрахованным лицом, но возможно и обособление этого участника страхования» .

Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. II: Товар. Торговые сделки. М., 2003. С. 391.

По мнению В.И. Серебровского, «выгодоприобретателем называется то лицо, которому страховщик должен по договору выплатить страховое вознаграждение» .

Серебровский В.И. Страхование // Избранные труды по наследственному и страховому праву. М., 2003. С. 490.

Т.С. Мартьянова указывает: «Страхователь может заключить договор в свою пользу
, являясь в этом случае одновременно застрахованным лицом и выгодоприобретателем. Возможно заключение договора без указания выгодоприобретателя
— тогда выгодоприобретателем считается сам застрахованный (в случае его смерти — его наследники). В договоре может быть указан и конкретный выгодоприобретатель при наличии застрахованного лица» .

Гражданское право: В 2 т.: Учебник. Том II. Полутом 2 / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2002. С. 162.

А.И. Худяков предложил следующее понятие термина «выгодоприобретатель»: «В итоге можно выделить как минимум два значения термина «выгодоприобретатель».

В первом значении понятие «выгодоприобретатель» — одно из свойств
того или иного участника страхования.

В этом смысле выгодоприобретатель — это лицо, которое в соответствии с договором или законодательством об обязательном страховании имеет право на получение страховой выплаты
.

Таким лицом может быть: 1) сам страхователь, обозначивший себя в качестве получателя страховой выплаты; 2) застрахованное лицо, в пользу которого осуществляется страхование; 3) третье лицо, назначенное страхователем или определенное законом в качестве получателя страховой выплаты, — собственно выгодоприобретатель; 4) наследники застрахованного лица, когда в договоре страхования не назван иной, кроме этого лица, выгодоприобретатель.

Во втором своем значении данным понятием обозначается определенный участник страхования.

В этом смысле выгодоприобретатель — это не являющееся застрахованным третье лицо, имеющее право требования к страховщику о страховой выплате при наступлении страхового случая
» .

Худяков А.И. Страховое право. СПб., 2004. С. 299 — 300.

Проблема страхового интереса выгодоприобретателя по договору личного страхования. Вопрос о том, должен ли выгодоприобретатель по договорам личного страхования обладать страховым интересом, носит дискуссионный характер.

Так, Л.Н. Клоченко указывает, что «выгодоприобретатель (бенефициар) — физическое или юридическое лицо, обладающее страховым интересом, в пользу которого страхователем заключен договор страхования жизни» . Затем все-таки она уточняет, что «наличие такого интереса прямо закреплено для договоров страхования имущества, для договоров страхования жизни наличие такого интереса необязательно» . Т.С. Мартьянова также непоследовательна в своих воззрениях, поскольку сначала утверждает, что «выгодоприобретателем может быть любое физическое или юридическое лицо
«, а затем фактически ограничивает их круг, требуя наличия у них, в том числе и по договору личного страхования, страхового интереса .

Теория и практика страхования: Учебное пособие. М., 2003. С. 282.
Там же.
См.: Гражданское право: В 2 т. Том II. Полутом 2: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2000. С. 161.

Ю.Б. Фогельсон пишет: «Как и вообще в договорах в пользу третьего лица, не всякое сочетание страхователя и выгодоприобретателя допустимо. Например
, работодатель может страховать жизнь и здоровье работника в пользу самого работника, а работник не может страховать свою жизнь и здоровье в пользу работодателя. Выплата должна быть произведена таким образом, чтобы одновременно удовлетворялись интересы и страхователя, и выгодоприобретателя. Выплата работнику при несчастном случае на производстве удовлетворяет интересы и работника, и работодателя. Выплата же работодателю, удовлетворяя его интерес, не удовлетворяет интереса работника» .

Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. М., 2002. С. 135.

Требование о наличии страхового интереса по договорам личного страхования нашло закрепление в принятом еще в 1774 г. в Англии Gambling Act. В Англии и США это правило продолжает действовать до сих пор, хотя уже с весьма существенными изъятиями. В континентальной Европе еще в середине XIX в. требование наличия страхового интереса в личном страховании было заменено формальным моментом, а именно получением письменного согласия застрахованного лица на назначение иного получателя страховой суммы после наступления страхового случая.

На первом этапе законодательного регулирования личного страхования российское право строилось на началах дуализма подходов к выгодоприобретателям. Например
, в ст. 2513 Проекта книги V Гражданского уложения предусматривалось, что договор страхования, заключенный на случай смерти или нетрудоспособности не самого страхователя, а другого лица, действителен, если страхователь имущественно заинтересован в продолжении жизни или трудоспособности застрахованного или если последний дал свое согласие на совершение такой сделки. Исключение было сделано для супругов и родственников по восходящей и нисходящей линиям, которые имели право страховать жизнь друг друга без соблюдения указанных выше правил .

См.: Гражданское уложение, проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения (с объяснением, извлеченным из трудов Редакционной комиссии) / Под ред. И.М. Тютрюмова. Том первый. СПб., 1910. С. 593.

В дальнейшем законодатель отошел от принципа дуализма, отдав безусловный приоритет письменному согласию застрахованного лица. Так, уже в ст. 374 ГК РСФСР 1922 г. говорилось исключительно о том, что на случай смерти третьего лица договор может быть совершен только с письменного согласия такого лица с указанием страховой суммы и выгодоприобретателя. Подобный договор мог быть изменен и права по нему могли быть переданы другому лицу при условии письменного согласия на это застрахованного лица. В ГК РСФСР 1964 г., Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г., а также в Законе РФ от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 «О страховании» этот вопрос не регулировался, однако в правилах Госстраха, а затем и в стандартных правилах страхования, которые разрабатывались страховыми организациями на рубеже 80 — 90 гг. и в первой половине 90-х гг. прошлого столетия, назначение выгодоприобретателя по договорам личного страхования увязывалось с наличием письменного согласия на это застрахованных лиц.

Целый ряд ученых не считают необходимым присутствие страхового интереса у выгодоприобретателя по договорам личного страхования. Например
, Г.Ф. Шершеневич в этой связи писал: «Если страхование не имеет своею целью возмещать ущерб, то, очевидно, нет никакого основания делать различие между лицами, в пользу которых предназначается страховая сумма… тем более что заинтересованность одного лица в судьбе другого трудно поддается определению: это может быть незаконная дочь страхователя, не желающая обнаружить перед другими такое обстоятельство, или особа, с которою он находился в близких отношениях» .

Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. Т. 2. С. 138.

По мнению А.И. Худякова, «в части личного страхования выгодоприобретатель вообще может не быть носителем какого-либо страхового интереса» .

Худяков А.И. Указ. соч. С. 305.

В законе каких-либо ограничений в отношении выгодоприобретателя по договорам личного страхования, за исключением письменного согласия застрахованного лица на такое назначение, не содержится.

Если отталкиваться от функциональной теории страхового интереса, которая исходит из того, что категория страхового интереса служит исключительно цели предупреждения страхового мошенничества, то становится очевидным, что по договорам личного страхования установить подлинные цели действия тех или иных лиц практически невозможно. В отличие от отношений собственности или иной правовой связи с имуществом (других вещных или обязательственных прав), где в абсолютном большинстве случаев субъект заинтересован в сохранении вещи, в сфере личных отношений все намного сложнее, ведь не случайно значительная часть преступлений против личности совершается супругами, родственниками или близкими. Да и основание интереса одного человека к сохранению жизни или здоровья другого лица нередко установить официальным путем невозможно, ведь люди по тем или иным причинам часто скрывают истинный характер своих отношений.

Способы указания выгодоприобретателя в договорах личного страхования. Формулировки условия о выгодоприобретателе в договоре личного страхования встречаются самые разные. В свое время Г.Ф. Шершеневич приводил следующие варианты: а) поименное указание; б) указание на положение в семье — жена, дети; в) указание на юридическую связь — например, наследники; г) полис на предъявителя .

См.: Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 392.

В настоящее время используются первые три варианта, полис личного страхования на предъявителя современной российской страховой практике неизвестен в связи с тем, что закон все-таки требует письменного согласия застрахованного лица на назначение или замену выгодоприобретателя.

Правовой статус выгодоприобретателя

Договоры в пользу третьего лица. В теории гражданского права вопрос о правовом статусе выгодоприобретателя носит дискуссионный характер. Большинство ученых относят договоры страхования, заключенные в пользу выгодоприобретателей, к числу договоров в пользу третьих лиц. Г.Ф. Шершеневич рассматривал выгодоприобретателя по договорам личного страхования как лицо, имеющее впоследствии право требования к страховщику .

Там же. С. 392.

В.И. Серебровский подчеркивал, что, по господствующему в страховой и юридической литературе мнению, договор личного страхования, по которому страховщик обязан произвести выплату страховой суммы выгодоприобретателю, является разновидностью договора в пользу третьего лица . «Право, которое приобретает выгодоприобретатель, — уточнял он, — является его самостоятельным правом. Для его приобретения не требуется формального изъявления воли со стороны выгодоприобретателя. Выражение выгодоприобретателем согласия на принятие этого права делает только право неотменимым» .

См.: Серебровский В.И. Указ. соч. С. 544.
Серебровский В.И. Указ. соч. С. 545.

М.И. Брагинский также относил выгодоприобретателей в договорах страхования к числу третьих лиц, о которых идет речь в ст. 430 ГК РФ .

См.: Брагинский М.И. Договор страхования. М., 2000. С. 37.

Высказываются и иные суждения. Так, В.В. Смирнов уверен, что «если в договоре о страховании указано лицо, которое назначено для получения страховой выплаты, то такой договор не есть договор в пользу третьего лица, а есть договор всего лишь с исполнением третьему лицу» .

Смирнов В.В. Залог и страхование. Киев, 1995. С. 47.

Признать договор страхования, в котором указан выгодоприобретатель, в качестве сделки с исполнением третьему лицу сложно, так как по общему правилу такое лицо не может обладать вообще правом требования к должнику, а занимает исключительно пассивную позицию как лицо, которое должно принять исполнение обязательства и не более того. Поэтому по своей правовой природе положение выгодоприобретателя по договору личного страхования — это положение третьего лица, в пользу которого заключен договор.

Для обоснования данного утверждения необходимо рассмотреть вопрос о правовой природе договоров в пользу третьих лиц. Доктрина гражданского права и законодательство уже традиционно рассматривают в качестве договоров в пользу третьих лиц договоры, по которым именно третье лицо имеет самостоятельное право требования к должнику. Следует подчеркнуть, что именно договоры страхования жизни на случай смерти по любой причине заставили юридическую науку разработать теорию договоров в пользу третьего лица, потому что традиционная конструкция, когда кредитором является участник сделки, в случае смерти страхователя, чья жизнь застрахована, в этой ситуации в принципе работать не может.

А. Нолькен полтора столетия тому назад отмечал, что «намерение контрагентов их направлено на то, чтобы доставить третьему лицу право требовать совершения себе исполнения, в этих договорах выговоренного» . Он подчеркивал, что «третье лицо прежде всего получает из договора, заключенного контрагентами в его пользу, собственное и действительное, но не одно лишь улучшение своего правового положения» .

Нолькен А. Договоры в пользу третьих лиц: Опыт теоретического исследования по гражданскому праву. СПб., 1885. С. 21.
Нолькен А. Указ. соч. С. 24.

Проводя различие между договором, заключенным представителем в интересах своего доверителя, и договором в пользу третьего лица, он писал, что лицо, «заключающее договор в пользу третьего лица, побуждается к этому своей собственной волей, но не волей этого третьего лица» .

Там же. С. 11.

Рассматривая различие между договорами в пользу третьего лица и договорами с исполнением третьему лицу, А. Нолькен указывал: «Заключая договор о совершении исполнения третьему лицу, промиссар (кредитор. — Прим. авт.) при этом имеет в виду не интерес последнего, а свой собственный интерес. Договор, стало быть, вызван не одной целью, как настоящий договор в пользу третьего лица, а двумя, из которых одна является с виду альтруистической, другая же, напротив, чисто эгоистической, и притом альтруистическая цель является лишь средством достижения другой главной эгоистической цели. При договоре в пользу третьего лица интерес третьего лица не является одним лишь средством и необходимым условием достижения собственного интереса промиссара, а самоцельным содержанием намерения сторон и тем конечным и единственным результатом, который имеют в виду контрагенты» .

Там же. С. 29.

И.Б. Новицкий писал: «Стороны, заключающие договор, имеют иной раз в виду, не предоставляя третьему лицу права самостоятельного требования к должнику, только предоставить должнику право произвести исполнение обязательства третьему лицу.

Такого рода договоры принято называть договорами об исполнении третьему лицу.

Только в тех случаях, когда договаривающиеся стороны имеют в виду предоставить третьему лицу право самостоятельного требования к должнику, договоры называются «договорами в пользу третьего лица» .

Новицкий И.Б. Избранные труды по гражданскому праву. В 2 т. Т. II. М., 2006. С. 164.

Исследуя причины заключения данного вида договоров, И.Б. Новицкий подчеркивал, что «вообще кредитор всегда имеет в этих случаях какой-то интерес в том, чтобы предоставление третьему лицу было сделано: без всякого основания и смысла никто в договоры не вступает» .

Там же. С. 166.

В.В. Витрянский, характеризуя особенности договора в пользу третьего лица, выделяет следующие его основные признаки:

«Во-первых, в таком договоре должно быть предусмотрено, что должник обязан исполнить свое обязательство не кредитору, а третьему лицу (указанному либо не указанному в договоре);

во-вторых, третье лицо, в пользу которого должно быть произведено исполнение, наделяется самостоятельным правом требования в отношении должника по договорному обязательству» .

Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1999. С. 558.

А.Ю. Кабалкин применительно к договору в пользу третьего лица подчеркивает: «Как видно из легального определения, должник обязан произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу. Тем самым действительность данного договора не ставится в зависимость от того, упомянуто ли особо в нем это лицо. Но непременным признаком договора должно быть указание, что последнее вправе требовать исполнения обязательства в свою пользу» . Он считает необходимым четко отличать договор в пользу третьего лица от договора об исполнении третьему лицу, когда участники сделки не имеют в виду предоставление последнему права самостоятельного требования к должнику .

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации: В 3 т. Т. 1. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. М., 2004. С. 997.
См.: Там же. С. 998.

О.Н. Садиков также указывает, что «договор в пользу третьего лица следует отличать от договора об исполнении третьему лицу, когда это третье лицо может принять исполнение, но не вправе предъявлять к должнику требования об исполнении договора в свою пользу» .

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации — КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2005 (3-е издание, исправленное, переработанное и дополненное).

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2006. С. 969.

Если обратиться к истории вопроса, то следует отметить, что римское право практически полностью запрещало заключение договора в пользу третьего лица. В Средние века до рецепции римского права такие договоры уже признавались и наукой, и законодателями, и судебной практикой. Затем наступает период, когда возможность существования договоров в пользу третьих лиц стала подвергаться сомнению. Еще 100 с небольшим лет назад в доктрине велись ожесточенные споры относительно действительности договоров в пользу третьих лиц. Ученые, которые придерживались начал римского права, отрицали действительность подобного рода сделок, стремились раскрыть их сущность через институт представительства, а именно кредитор в договоре действует как представитель третьего лица. Ряд специалистов пытались вывести природу договоров в пользу третьего лица из двух исполнений — одно от должника кредитору, а второе — от кредитора третьему лицу. Некоторые ученые полагали, что договоры в пользу третьих лиц заключаются исключительно в интересах кредитора.

Отдельные юристы высказывались в том ключе, что по договорам в пользу третьих лиц принимаемая должником обязанность может либо присоединиться к его обязательству по отношению к кредитору (кумулятивное обязательство), либо заменить его (привативное изменение обязательства).

Согласно норме п. 1 ст. 430 ГК РФ договором в пользу третьего лица признается договор, в котором стороны установили, что должник обязан произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу, имеющему право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу.

Сказанное выше приводит к выводу, согласно которому договором в пользу третьего лица может квалифицироваться лишь такой договор, где стороны предоставили право самостоятельного требования к должнику третьему лицу, не участвующему в сделке. Такой признак, как обязанность должника исполнить обязательство третьему лицу, по нашему мнению, не может быть признаком договора в пользу третьего лица, поскольку характерен и для договоров об исполнении третьему лицу.

Формулировка ч. 2 п. 1 ст. 934 ГК РФ, указывающая на то обстоятельство, что лицо, в пользу которого заключен договор личного страхования, имеет право на получение страховой суммы, также указывает на конструкцию договора в пользу третьего лица. Этот вывод означает, что выгодоприобретатель имеет самостоятельное право требования к страховщику о выплате страховой суммы после наступления страхового случая.

Положения п. 2 ст. 934 ГК РФ представляют собой исключение из правила п. 4 ст. 430 Кодекса, согласно которому в случае, когда третье лицо отказалось от права, предоставленного ему по договору, кредитор может воспользоваться этим правом, если это не противоречит закону, иным правовым актам и договору. Если бы не норма п. 2 ст. 934 ГК РФ, то в случае смерти застрахованного лица, являющегося одновременно и выгодоприобретателем, право на получение страховой суммы получил бы страхователь, а не наследники застрахованного лица. Норма п. 2 ст. 934 Кодекса имеет преимущество по сравнению с нормой п. 4 ст. 430 ГК РФ как специальная норма по сравнению с нормой общей (lex specialis derogat legi generali).

Следует отметить, что сделанный выше вывод не означает, что по договору личного страхования страхователь, являющийся застрахованным лицом, не может назначить не выгодоприобретателя, а лицо, которому страховщику надлежит уплатить страховую сумму после наступления страхового случая. Такая конструкция будет свидетельствовать о совершении сделки с исполнением третьему лицу, но здесь с правовой точки зрения отсутствует самостоятельная фигура выгодоприобретателя, а договор нужно признать заключенным в пользу страхователя — застрахованного лица.

Основания возникновения прав выгодоприобретателя по договорам личного страхования

По поводу оснований возникновения прав выгодоприобретателя в личном страховании существует ряд теорий.

В соответствии с одной из них назначение выгодоприобретателя представляет собой завещательное распоряжение страхователя. В частности, В.В. Шахов определял выгодоприобретателя как завещательное лицо, т.е. получателя страховой суммы после смерти завещателя .

См.: Шахов А.А. Страхование. М., 1997. С. 26.

А.И. Худяков применительно к этой теории отмечает: «С такой позицией нельзя согласиться хотя бы потому, что страхование в пользу третьего лица применяется не только при страховании на случай смерти страхователя (застрахованного), но и при таких видах личного, а также имущественного страхования, где ни о какой смерти (следовательно, и о завещании) речи быть не может. Наследники застрахованного лица по договору личного страхования действительно становятся выгодоприобретателями, но они становятся таковыми не в силу завещания (и даже не в силу наследования), а в силу закона» .

Худяков А.И. Указ. соч. С. 307.

С приведенными доводами следует согласиться. При этом можно добавить следующие аргументы. Страхователь по договору личного страхования, застраховавший свои жизнь или здоровье, при наличии выгодоприобретателя не обладает правом требования к страховщику о выплате страховой суммы — данное право изначально принадлежит третьему лицу, в пользу которого заключен договор. Страховая премия, уплаченная страхователем страховщику, становится собственностью последнего (именно страховщику принадлежат права владения, пользования и распоряжения, пусть и ограниченных законом, а эта триада права, как известно, и составляет право собственности по российскому гражданскому законодательству (п. 1 ст. 209 ГК РФ) в обмен на обязательство перед выгодоприобретателем о выплате страховой суммы при наступлении страхового случая. Таким образом, в рамках данной страховой сделки нет имущества, включая имущественные права, которые могли бы войти в состав наследственной массы. Следовательно, выгодоприобретатель по договору личного страхования не может быть наследником страхователя в части выплаты страховой суммы. Кроме того, право требования выплаты страховой суммы выгодоприобретателя по договору личного страхования, не являющегося застрахованным лицом, противостоит правам наследников, в том числе по завещанию. Данное утверждение обусловлено тем, что и у застрахованного лица при такой конструкции договора нет права требования к страховщику о выплате страховой суммы, поэтому по данному договору он не может ничего завещать другим лицам.

Другая теория определяла назначение выгодоприобретателя по договорам личного страхования как акт дарения. Так, Г.Ф. Шершеневич указывал, что «договор личного страхования представляет собою дарственную сделку в отношении к третьему лицу» .

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. Т. 2. М., 2005. С. 141.

В.И. Серебровский, критикуя эту точку зрения, указывал, прежде всего, что дарение является безвозмездной сделкой по уступке имущества, а какое имущество уступает страхователь выгодоприобретателю? Далее он указывал, что «премии являются уплатой страховщику за принятие им на себя риска (страхование — возмездное правоотношение) и юридически входят в актив страховщика. Не уступает страхователь выгодоприобретателю и страховой суммы, так как таковая не входила до наступления страхового случая в состав имущества страхователя. С большим основанием на первый взгляд можно говорить об уступке выкупной стоимости полиса (резерва премий), поскольку страхователю во время действия страхования уже принадлежали известные права на резерв премий; но дело в том, что выгодоприобретатель получает после наступления страхового случая самостоятельное право на всю страховую сумму и ни о каком выкупе или редукции полиса в это время не может быть и речи. Поэтому надлежит сделать вывод, что страхователь никакого имущества выгодоприобретателю не уступает. При таких условиях нельзя рассматривать страхование в пользе третьего лица в качестве дарственной сделки» .

Серебровский В.И. Указ. соч. С. 546 — 547.

А.И. Худяков подчеркивает, что «право требования страхователя к страховщику о страховой выплате вообще не является требованием о возврате резерва премий или его части, поскольку этот резерв (как и страховые резервы в целом) находится в собственности страховщика и предметом дарения страхователем быть не может — нельзя подарить то, чем не обладаешь. Кроме того, назначение выгодоприобретателя, во-первых, не требует заключения договора между страхователем и выгодоприобретателем, в то время как дарение представляет собой двустороннюю сделку (договор). Во-вторых, ГК не признает возможности дарения на случай смерти (ст. 572). Здесь же выгодоприобретатель может быть назначен при страховании именно на случай смерти страхователя (застрахованного лица), т.е. третьему лицу передается право требования, обусловленное смертью лица, передающего это право» . Как он считает, «назначение выгодоприобретателя нельзя рассматривать в качестве некоего двухэтапного процесса, где на первом этапе возникает страхователь, имеющий право требования к страховщику, а на втором этапе этот страхователь своим односторонним актом передает право требования и титул выгодоприобретателя другому лицу» . Констатируя решающий характер волеизъявления именно страхователя в этом вопросе, он приходит к выводу о том, что «назначение выгодоприобретателя есть продукт одностороннего волеизъявления страхователя, реализованного им через договор страхования» .

Худяков А.И. Указ. соч. С. 307 — 308.
Там же. С. 308.
Там же.

Добавим к этим верным аргументам те доводы, что были приведены нами применительно к вопросу о наследственном характере природы прав выгодоприобретателя, а именно об отсутствии в рамках договора личного страхования имущества, в том числе имущественных прав страхователя, которые он мог бы кому-то подарить.

Права и обязанности выгодоприобретателя по договорам личного страхования

Права выгодоприобретателя. Как было указано выше, выгодоприобретатель по договорам личного страхования всегда имеет право требования к страховщику о выплате страховой суммы в связи с наступлением страхового случая. Помимо этого закон предоставляет выгодоприобретателю еще целый ряд прав. Этот участник страхового правоотношения имеет право ссылаться в защиту своих интересов на правила страхования соответствующего вида, на которые есть ссылка в договоре страхования (страховом полисе), даже если эти правила для него необязательны (п. 4 ст. 943 ГК РФ).

Выгодоприобретатель может входить в соглашение со страховщиком об изменении условий договора страхования или размере страховой премии в случае, если в период действия страхового договорного обязательства произошло увеличение страхового риска, о чем страховщик узнал и потребовал изменения условий страхования (п. 2 ст. 959 ГК РФ). Это правило может быть применено, если договором личного страхования предусмотрено распространение норм п. п. 1 и 2 данной статьи на сферу личного страхования (п. 5 ст. 959 Кодекса).

Согласно норме п. 2 ст. 430 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, с момента выражения третьим лицом должнику намерения воспользоваться своим правом по договору стороны не могут расторгать или изменять заключенный договор без согласия третьего лица. Однако это не означает, что у выгодоприобретателя есть право вето на досрочное прекращение договора страхования во всех случаях. Законом страхователю предоставлено право отказаться от договора страхования в любое время (п. 2 ст. 958 Кодекса). Это право предусмотрено специальной нормой, и она в силу одного из общепризнанных правил юридической техники отменяет действие общей нормы п. 2 ст. 430 ГК РФ.

Право же самого выгодоприобретателя по договору страхования в любой момент отказаться от договора, если только к этому моменту возможность наступления страхового случая не отпала по объективным причинам (п. 1 ст. 958 ГК РФ), применительно к личному страхованию, на наш взгляд, требует как минимум уточнения. Последствия одностороннего отказа от исполнения договора приведены, как известно, в п. 3 ст. 450 ГК РФ, где говорится, что в случае такого отказа договор считается расторгнутым. Между тем в ст. 958 Кодекса речь идет об отказе от договора, а в ст. 450 ГК РФ — об отказе от исполнения договора. Естественно, возникает вопрос о том, являются ли эти понятия идентичными. Отказ от договора, очевидно, предполагает и отказ от его исполнения, т.е. является более широким понятием по своему содержанию. А раз даже волеизъявление более узкого содержания приводит к расторжению договора, то это тем более справедливо в случае отказа от сделки. Но насколько сообразуется право выгодоприобретателя разрушить договор страхования с его юридической или даже просто фактической связью с застрахованным лицом?

Право выгодоприобретателя на отказ от договора страхования в сфере личного страхования не выглядит очевидным. Если даже в страховании имущества данное право выгодоприобретателя в некоторых случаях вызывает сомнение, потому что несет в себе существенный элемент злоупотребления правом , что, как известно, законом не допускается (п. 1 ст. 10 ГК РФ), то еще больше признаков такого правонарушения при досрочном прекращении договора личного страхования по инициативе лица, в пользу которого такой договор заключен. Конечно, здесь вывод о злоупотреблении правом не носит столь очевидного характера, как это было бы в отношении досрочного прекращения договора страхования гражданской ответственности по инициативе выгодоприобретателя , но все-таки степень недобросовестности будет настолько значительна, что если это и не отрицает саму возможность отказа выгодоприобретателя от договора личного страхования, то по крайней мере объективно требует серьезного ограничения такого права.

См. об этом подробнее: Дедиков С.В. Выгодоприобретатель по договорам страхования имущества // Хозяйство и право. 2008. N 7. С. 32 — 33.
См. об этом: Дедиков С.В. Выгодоприобретатели по договорам страхования гражданской ответственности // Хозяйство и право. 2009. N 5. С. 21 — 22.

Действительно, отказываясь от договора личного страхования, выгодоприобретатель лишает застрахованное лицо страховой защиты его жизни или здоровья. С такой ситуацией, конечно, нельзя примириться исходя из общих принципов автономии воли и интересов участников гражданского оборота, которые лежат в основе гражданских правоотношений.

К данному доводу нужно добавить, что в том случае когда в договоре личного страхования несколько выгодоприобретателей, то отказ одного из них от договора влечет нарушение прав других выгодоприобретателей.

Конечно, ни одна услуга не может быть навязана, поэтому в принципе любое лицо вправе отказаться от договора, заключенного в его пользу. Но при этом целесообразно задать вопрос о том, можно ли обеспечить эту свободу выбора лица по поводу получения или отказа от получения страховой услуги иным образом, нежели предоставляя ему право на одностороннее расторжение договора. Да, такие способы существуют. Так, выгодоприобретатель может отказаться от своих прав по договору страхования, и тогда в силу ч. 1 п. 2 ст. 934 ГК РФ право требования к страховщику о выплате страховой суммы перейдет к застрахованному лицу. Такой механизм, по нашему мнению, является намного более гибким и справедливым и позволяющим достичь нужного выгодоприобретателю результата за счет использования более ограниченного права, чем досрочное прекращение договора.

Вряд ли также имеет смысл признавать за выгодоприобретателем право на отказ от договора личного страхования, если страхователь еще имеет возможность заменить данное лицо, в том числе на застрахованное лицо, тем самым блокировав волеизъявление первоначального выгодоприобретателя на расторжение договорного страхового обязательства.

Наконец, нельзя не учитывать, что все-таки главным участником страхового правоотношения в сфере личного страхования наряду со страхователем является застрахованное лицо. Поэтому если оно считает целесообразным прекращение договора личного страхования, то выгодоприобретатель вполне может реализовать его желание при условии, что оно совпадает с его намерением. В этой связи считаем целесообразным в п. 2 ст. 958 ГК РФ право выгодоприобретателя на отказ от договора личного страхования сформулировать следующим образом: «Выгодоприобретатель по договору личного страхования с письменного согласия застрахованного лица вправе отказаться от договора страхования в любое время».

Обязанности выгодоприобретателя. Согласно одному из фундаментальных начал договорного права соглашение субъектов гражданского оборота не может возлагать обязанности на лицо, не участвующее в договоре, поэтому обычное третье лицо не несет никаких обязательств по гражданско-правовой сделке, заключенной в его пользу. Однако некоторыми авторами этот принцип начал подвергаться сомнению. Так, О.Н. Садиков пишет: «…договор в пользу третьего лица может создавать для этого лица не только право требовать исполнения, но и возлагать на него определенные обязанности, о чем в ст. 430 не говорится. Выгодоприобретатель в договоре страхования (ст. 939 ГК), грузополучатель в договоре перевозки (ст. 35 УЖТ, ст. 160 КТМ) наряду с правами несут обязанности. Следует считать возможным возложение на третье лицо, в пользу которого заключен договор, определенных обязанностей и по соглашению участников договора» .

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Рук. авт. кол. и отв. ред. О.Н. Садиков. С. 969.

Подобную точку зрения сложно признать убедительной, ведь это означало бы отступление от основополагающих начал гражданского права, в силу которых граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, а гражданские права могут быть ограничены (возложение обязанностей на участника гражданского оборота без учета его воли является ограничением его прав) исключительно федеральным законом (п. 2 ст. 1 ГК РФ). А. Нолькен подчеркивал: «Обязанности ни на кого не могут быть возлагаемы без его воли, в силу и на основании договора, состоявшегося между сторонними лицами. Изъявив же согласие на принятие на себя обязанности совершить эквивалентное исполнение, третье лицо, переставая быть таковым, сделалось бы контрагентом и участником в договоре» . В этой связи целесообразно отдельно рассмотреть правовую природу тех обязанностей, которые возлагаются на выгодоприобретателей по договорам личного страхования.

Нолькен А. Указ. соч. С. 34 — 35.

В силу нормы п. 2 ст. 939 ГК РФ страховщик вправе требовать от выгодоприобретателя выполнения обязанностей по договору страхования, включая обязанности, лежащие на страхователе, но не выполненные им. Для выгодоприобретателя обязательны стандартные правила страхования, если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему (п. 2 ст. 943 ГК РФ). Он также должен незамедлительно сообщать страховщику о ставшем ему известным увеличении страхового риска в период действия договора, если такая обязанность страхователя или выгодоприобретателя прямо предусмотрена договором страхования. Но здесь все не так однозначно. Выше речь шла об обязанностях выгодоприобретателя, возложенных на него нормами закона, но на ситуации возложения на выгодоприобретателя обязанностей по условиям договора личного страхования данные правила распространяться, по нашему мнению, не могут.

На выгодоприобретателя, когда ему известно о заключении страхового договора в его пользу и если он намерен воспользоваться правом на выплату страховой суммы, возлагается обязанность уведомить страховщика о наступлении события, имеющего признаки страхового случая, если страховым случаем является смерть застрахованного лица или причинение вреда его здоровью. При этом устанавливаемый договором срок уведомления страховщика не может быть менее 30 дней (п. 3 ст. 961 ГК РФ). В последних двух случаях мы имеем ситуацию, когда на выгодоприобретателя возлагаются обязанности договором, но эти обязанности имеют специфический характер — они сводятся только к информированию должника в страховом обязательстве о динамике фактических отношений. Такие обязанности в данном случае не входят в предмет договора страхования, а относятся к вспомогательным обязанностям.

Кроме того, на выгодоприобретателя может быть возложена обязанность по уплате страховой премии (п. 1 ст. 954 ГК РФ). Если признать это обычной обязанностью по договору, то, значит, страхователь и страховщик могут лишить третье лицо без его волеизъявления части собственности, обязав уплатить страховую премию. Кроме того, обязанности обычно корреспондирует с правом другого лица требовать исполнения этой обязанности. Может ли страховщик потребовать от выгодоприобретателя уплаты страховой премии, если выгодоприобретатель не только не выразил своей воли на принятие такой обязанности, но даже и не знал о заключенном в его пользу договоре?

Следует иметь в виду, что данное право в отношении выгодоприобретателя страховщик приобретает лишь после того, как выгодоприобретатель предъявил требования о страховой выплате. А такие действия выгодоприобретателя, на наш взгляд, следует рассматривать как конклюдентные действия по акцепту условий страховой сделки. То есть в такой ситуации мы уже имеем волеизъявление выгодоприобретателя на указанные условия договора. Кроме того, подобный обмен: предъявляешь требование о выплате страхового возмещения по договору имущественного страхования — выполни соответствующие обязанности, в полной мере соответствует таким основополагающим в гражданском праве принципам, как принципы справедливости и эквивалентности.

Если выгодоприобретатель не готов принять на себя обязанности по договору страхования, то он может и не предъявлять требования к страховщику. Другими словами, есть больше оснований рассматривать положения ст. 939 ГК РФ в части обязанностей выгодоприобретателя как условия исполнения страховщиком своих обязательств по выплате страховой суммы.

Проведенный анализ подводит к выводу, что выгодоприобретатель не становится участником страховой сделки наряду со страхователем, а занимает особое положение кредитора в обязательстве по выплате страховой суммы, не замещая кредитора в страховом обязательстве.

Круг потенциальных выгодоприобретателей по договорам личного страхования

Выгодоприобретателями по договорам личного страхования могут быть любые физические лица.

Могут ли быть выгодоприобретателями юридические лица? В законе запретов на этот счет нет, следовательно, могут. Правда, отдельные авторы считают, что такая конструкция договора личного страхования должна быть исключена. Так, Ю.Б. Фогельсон применительно к договорам личного страхования пишет, что «работодатель может страховать жизнь и здоровье своих работников, родители — детей, но нельзя страховать жизнь и здоровье человека, если страхователь никак в нем не заинтересован» .

Фогельсон Ю.Б. Указ. соч. С. 132 — 133.

Иную позицию занимает А.И. Худяков. «Выгодоприобретателем, — пишет он, — может быть как юридическое лицо, так и гражданин» .

Худяков А.И. Указ. соч. С. 309.

Действительно, с позиций современного российского законодательства каких-либо ограничений по фигуре выгодоприобретателя не существует. В то же время если лицо вообще никак не связано со страхователем или застрахованным лицом, то следует, конечно, насколько это возможно, выяснять, не связано ли это с какими-либо противоправными ситуациями.

На наш взгляд, следовало бы в законе специально оговорить, что по договорам личного страхования юридические лица, у которых в прямом или хотя бы косвенном подчинении либо в иной зависимости находятся застрахованные лица, не могут быть выгодоприобретателями.

Кстати, на практике нередко встречаются ситуации, когда застрахованное лицо, де-юре являющееся выгодоприобретателем, после наступления страхового случая направляет страховщику заявление о переводе страховой суммы страхователю. Такие примеры имеют место по договорам страхования жизни работников, когда они просят перечислять страховую сумму, скажем, страхователю-работодателю, а также по договорам страхования от несчастных случаев и болезней спортсменов, которые подают заявление о перечислении соответствующих денежных сумм клубу, который является страхователем. Конечно, подобная ситуация выглядит странно, но подчеркнем, что закон в настоящее время подобные действия не запрещает, и поэтому страховщик обязан исполнять требование выгодоприобретателя — застрахованного лица.

На наш взгляд, было бы целесообразно на законодательном уровне запретить подобную практику. Конечно, это не сможет воспрепятствовать выгодоприобретателю потом, после получения страховой суммы, под нажимом страхователя, по отношению к которому выгодоприобретатель находится в зависимом положении, передать полученную от страховщика денежную сумму этому лицу, но по крайней мере государство однозначно выскажется против подобных действий, что не может не иметь серьезного профилактического значения.

Число выгодоприобретателей законом не ограничено. Могут быть выгодоприобретатели по отдельным видам рисков, а не только по договору в целом, при этом вполне возможна конструкция, когда даже по одному риску будет назначено несколько выгодоприобретателей. Так, например, страхователь, страхующий свою жизнь от смерти по любой причине, вправе назначить в качестве выгодоприобретателей своего супруга, своих родителей и своих детей.

Как быть в том случае, если в договоре личного страхования указано несколько выгодоприобретателей и вопрос о распределении между ними страховой суммы при наступлении страхового случая не был решен при согласовании условий страховой сделки? Есть основания считать, что в такой ситуации доли всех выгодоприобретателей следует считать равными, если, конечно, не будет каких-то очень веских факторов для иного распределения страховой суммы. Так, в ситуации, когда выгодоприобретателями в силу прямого предписания закона становятся наследники страхователя или застрахованного лица, то в принципе вполне возможно «привязаться» к долям в наследстве. Логика такого подхода заключается в том, что если бы страхователь имел в виду иное решение данной проблемы, то ничто не мешало ему оговорить иной порядок распределения страховой суммы между выгодоприобретателями в договоре страхования.

Существует проблема несовершеннолетнего выгодоприобретателя, причем исключительно в плане правомерности выплаты ему страховой суммы после наступления страхового случая. Решение данной проблемы, на наш взгляд, нужно искать в институте дееспособности.

Как известно, дееспособны лица, достигшие 18 лет (п. 1 ст. 21 ГК РФ).

Подпункт 3 п. 2 ст. 28 ГК РФ устанавливает, что малолетние в возрасте от 6 до 14 лет вправе совершать сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем или с согласия последнего третьим лицом для определенной цели или для свободного распоряжения. Формально с согласия законных представителей можно произвести выплату малолетнему. Но если речь идет о значительной сумме, мы рекомендовали бы даже при наличии согласия родителей, усыновителей или опекунов не выплачивать деньги ребенку, а обратиться в орган опеки.

Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет вправе распоряжаться своим заработком, стипендией и иными доходами без согласия родителей, усыновителей или попечителей (пп. 1 п. 2 ст. 26 ГК РФ). Таким образом, выплата страховой суммы указанным выгодоприобретателям формально вполне законна. Правда, при наличии достаточных оснований, например если несовершеннолетний является наркоманом, суд по ходатайству родителей, усыновителей или попечителя либо органа опеки и попечительства вправе ограничить или лишить несовершеннолетнего права самостоятельно распоряжаться своим заработком, стипендией или иными доходами.

В случае вступления в брак до достижения 18 лет несовершеннолетний приобретает дееспособность в полном объеме со времени вступления в брак (п. 2 ст. 21 ГК РФ). В случае последующего расторжения брака дееспособность сохраняется.

Следует также иметь в виду такой специфический институт гражданского права, как эмансипация. Она означает, что несовершеннолетний, не достигший возраста 16 лет, может быть объявлен полностью дееспособным, если он работает по трудовому договору, в том числе по контракту, или с согласия родителей, усыновителей или попечителей занимается предпринимательской деятельностью (ч. 1 п. 1 ст. 27 ГК РФ).

Эмансипация производится по решению органа опеки и попечительства и с согласия обоих родителей, усыновителей или попечителей. При отсутствии такого согласия эмансипация может состояться по решению суда (ч. 2 п. 1 ст. 27 ГК РФ).

Интересным с теоретической и практической точек зрения является вопрос о том, можно ли квалифицировать как выгодоприобретателя по договорам обязательного или добровольного медицинского страхования лечебное учреждение, которое оказывает медицинскую помощь застрахованным лицам. Полагаем, что оснований для такой квалификации лечебных учреждений в рамках медицинского страхования нет. Во-первых, договоры медицинского страхования не заключаются в пользу лечебных учреждений. Скорее, можно говорить о том, что они совершаются в пользу застрахованных лиц, которые получают лечебную помощь. Во-вторых, услуги лечебных учреждений страховщиками оплачиваются на основании специальных договоров об оказании медицинских услуг, заключаемых в рамках медицинских страховых правоотношений.

Замена выгодоприобретателя

Согласно ст. 956 ГК РФ страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Замена выгодоприобретателя по договору личного страхования, назначенного с согласия застрахованного лица (п. 2 ст. 934 Кодекса), допускается лишь с согласия этого лица.

Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или страховой суммы. Эти правила означают, как верно подчеркивает А.И. Худяков, что замена выгодоприобретателя может иметь место как до наступления страхового случая, так и после его наступления .

См.: Худяков А.И. Указ. соч. С. 313.

Ранее п. 3 ст. 5 Закона РФ «О страховании» в первой редакции устанавливала что замена выгодоприобретателя может иметь место только до наступления страхового случая.

В литературе право страхователя на замену выгодоприобретателя признается и поддерживается единодушно. Так, В.И. Серебровский указывал, что «причины, вызывающие необходимость такой замены, могут быть весьма разнообразны (смерть выгодоприобретателя, изменение личных отношений между страхователем и выгодоприобретателем и др.)» . «Что же касается юридической возможности замены выгодоприобретателя, — поясняет он, — то она обусловливается природой договора в пользу третьего лица, в силу которой контрагентам предоставляется право на изменение или отмену договора до тех пор, пока третье лицо не изъявило намерения воспользоваться выговоренным в его пользу правом» .

Серебровский В.И. Указ. соч. С. 544.
Там же.

В.И. Еременко считает, что целесообразно предусмотреть в страховом законодательстве институт недобросовестного выгодоприобретателя. В обоснование автор привел пример из практики. Страхователь по договору страхования себя от несчастного случая назначил в качестве выгодоприобретателя свою супругу. В дальнейшем он попал в аварию, в результате которой потерял обе ноги. После этого отношения между супругами испортились, но жена успела предъявить страховщику требование о выплате страховой суммы до того момента, когда страхователь заявил о замене выгодоприобретателя. Страховщик со ссылкой на норму ст. 956 ГК РФ отказался заменить выгодоприобретателя. Позиция страховщика была поддержана и судом. Таким образом, страхователь остался калекой и без денег, а его бывшая жена — без ставшего ненужным мужа, но с деньгами . С предложением автора следует согласиться.

См.: Еременко В.И. Страховое право: Учебное пособие. Новосибирск, 2000. С. 47 — 48.

На наш взгляд, в законе было бы целесообразно указать, что замена выгодоприобретателя по договору личного страхования возможна и после исполнения им какой-то обязанности по договору или после предъявления страховщику требования о выплате страховой суммы, если застрахованное лицо настаивает на этом.

Согласия страховщика на замену выгодоприобретателя не требуется. Поэтому замена страхователем выгодоприобретателя, представляя собой замену кредитора в обязательстве по выплате страховой суммы, является результатом одностороннего волеизъявления страхователя, осуществляемого в рамках договора страхования. Но было бы неверно отождествлять такую замену кредитора с цессией, т.е. сделкой уступки права требования, которая также является частным случаем перемены лиц в обязательстве, поскольку здесь инициатором замены кредитора выступает не кредитор или законодатель (как, например, при суброгации), а стороннее лицо — страхователь.

«С юридической точки зрения, — указывает А.И. Худяков, — замена страхователем выгодоприобретателя означает изменение условий ранее заключенного договора страхования. Но коль скоро это изменение производится на основании одностороннего волеизъявления страхователя, то мы имеем дело с частным случаем изменения договора по требованию одной из сторон в силу правомочий, предоставленных законом (ст. 450 ГК)» .

Худяков А.И. Указ. соч. С. 315.

Теоретический и практический интерес представляет собой вопрос о том, может ли выгодоприобретатель по договору личного страхования уступить свое право требования к страховщику другому лицу.

А.И. Худяков по этому поводу пишет: «Законодательство о страховании не дает ответа на этот вопрос. В соответствии же со ст. 382 ГК право, принадлежащее кредитору на основе обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Выгодоприобретатель обладает всеми признаками кредитора в страховом правоотношении. Однако, во-первых, следует учитывать то обстоятельство, что право требования у выгодоприобретателя возникает лишь тогда, когда произойдет страховой случай. Правда, здесь уже возникает вопрос, а не вправе ли выгодоприобретатель передать право требования, которое возникнет в будущем. В принципе закон допускает возможность передачи права, которое возникнет в будущем. Однако, во-вторых, право требования выгодоприобретателя носит относительный характер. И не только потому, что оно зависит от того, произойдет или не произойдет страховой случай, но и потому, что страхователь вправе заменить выгодоприобретателя. В-третьих, и это самое главное, фигура выгодоприобретателя определяется страхователем, имеющим собственные соображения по поводу того, кто будет этим лицом. В-четвертых, согласно ст. 383 ГК переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, не допускается. Поэтому представляется, что при личном страховании выгодоприобретатель не может уступить свое право требования к страховщику ни при каких обстоятельствах, поскольку это право неразрывно связано с личностью выгодоприобретателя» .

Худяков А.И. Указ. соч. С. 315 — 316.

Представляется, что указанные аргументы не носят безусловного характера. Так, сложно согласиться с мнением А.И. Худякова о том, что выгодоприобретатель выступает в качестве полноценного кредитора в страховом правоотношении. Он не является стороной договора и до определенного момента может быть заменен страхователем с согласия застрахованного лица. Правильнее говорить о том, как это подчеркивалось выше, что выгодоприобретатель занимает положение кредитора в обязательстве по выплате страховой суммы и обладает лишь частью прав страхователя по влиянию на динамику страховых договорных правоотношений. К тому же его права зависят от волеизъявления и страхователя, и застрахованного лица, т.е. носят производный характер.

Ссылка на ст. 383 ГК РФ тоже не носит безусловного характера, потому что вполне можно представить ситуацию, когда первоначальный выгодоприобретатель утрачивает особую связь со страхователем, а появляется иное лицо, с кем подобная связь возникла уже после вступления договора страхования в действие. Например
, страхователь назначил выгодоприобретателем по договору страхования своей жизни свою жену. Затем, в период действия договора страхования, супруги расторгли брак и страхователь женился на другой женщине. В такой ситуации выплата страховой суммы в пользу первоначального выгодоприобретателя может быть лишена всякого смысла, тогда как выплата страховой суммы новой жене представляется совершенно разумной и логичной. Вот почему полагать, что права выгодоприобретателя по договору личного страхования неразрывно связаны с его личностью, оснований нет. Другое дело, что личность выгодоприобретателя имеет важнейшее значение для застрахованного лица и поэтому смена выгодоприобретателя путем уступки им своих прав другому лицу без согласия застрахованного лица не может быть осуществлена. Однако в целях однозначного решения данного вопроса следовало бы предусмотреть в законе запрет на уступку выгодоприобретателем по договорам личного страхования своих прав другому лицу.

В заключение необходимо сказать, что исследование правового статуса выгодоприобретателя в договорах личного страхования, правовой природы его прав и обязанностей целесообразно продолжить для поиска оптимального режима правового регулирования положения данного субъекта страховых правоотношений и решения различных проблем, которые возникают в правоприменительной практике в этой сфере общественных отношений. Совершенствование правового регулирования в данной области будет способствовать лучшей защите прав и охраняемых законом интересов граждан, жизнь и здоровье которых страхуются по договорам личного страхования.

Библиографический список

  1. Брагинский М.И. Договор страхования. М., 2000.
  2. Гражданское право: В 2 т: Учебник. Том II. Полутом 2 / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2002.
  3. Дедиков С.В. Выгодоприобретатели по договорам страхования гражданской ответственности // Хозяйство и право. 2009. N 5.
  4. Дедиков С.В. Выгодоприобретатель по договорам страхования имущества // Хозяйство и право. 2008. N 7.
  5. Еременко В.И. Страховое право: Учебное пособие. Новосибирск, 2000.

Выгодоприобретатель, или по-другому – бенефициар, по договору страхования считается ключевой фигурой, поскольку именно он получает в случае чего компенсацию. Правильный выбор такого лица и своевременное его назначение является очень важным моментом.

Как назначается выгодоприобретатель

Определить, в чью конкретно пользу оформить полис, может страхующийся, в его компетенцию также входит заключение договора и внесение платы за него.

Бенефициара назначают при покупке полиса личного страхования или позднее. Гражданин обязан подать письменное заявление в СК. Если этого не сделать, то выплату получит либо он сам или же его наследники. В частности, супруга не имеет права заключить договор на имя мужа и при этом назначить себя выгодоприобретателем, если от последнего не будет соответствующего согласия.

В отношении имущественного страхования, человек, решивший это сделать, обязан принести с собой документы, подтверждающие интерес получателя выплаты в сохранении собственности.

При отсутствии на компенсацию надеяться не стоит.

Так, гражданин, управляющий по доверенности машиной, может купить ОСАГО или Каско на имя собственное, но при этом он не имеет права на возмещение при наступлении страхового случая. Его получит владелец, поскольку договор всегда заключается исключительно в интересах страхователя.

Иногда по закону замена бенефициара запрещается. Так происходит при страховании:

  • ответственности гражданской (здесь выгодоприобретатель – пострадавший);
  • предпринимательского риска (сам страхователь);
  • ответственности по заключенному договору (лицо потерпевшее убыток из-за невыполнения обязательств другой стороной);
  • имущества пребывающего в залоге (собственник или же банк).

Даже если получатель указан другой – к сведению это обстоятельство не принимается.

Если выгодоприобретатель в договоре не указан

В рассматриваемой ситуации страховые компании передают положенные выплаты:

  • застрахованному (чья жизнь и здоровье защищено полисом);
  • собственнику имущества.

Когда в первом случае речь идет о смерти – деньги передают родственникам или лицам, указанным в завещании. Наследники, в свою очередь, смогут получить доступ к компенсации не ранее, чем истечет установленный законом срок – шесть месяцев.

Кто может стать выгодоприобретателем

По закону бенефициаром в равной степени разрешается быть и юридическим, и физическим лицом. Как правило, в последнем случае это близкие люди.

Несовершеннолетним выгодоприобретателям выплаты передают не ранее, чем им исполнится 18.

Стоит понимать, что даже в ситуации, когда в качестве бенефициара указан один или оба родителя, им для получения денег придется принести согласие совершеннолетнего ребенка. При его отказе подписать данный документ, выплата передается ему лично.

Супруга получит компенсацию после смерти мужа, если:

  • работодатель оформивший полис издаст соответствующее распоряжение;
  • она указана в качестве выгодоприобретателя в договоре еще до наступления страхового случая.

Когда же ее имя не приводится – выплату отдадут наследникам. Даже при наличии письменного требования от скончавшегося супруга назначить жену бенефициаром, при условии, что работодатель соответствующие поправки в договор внести не потрудился, ей деньги не перечислят.

Вообще, после наступления страхового случая никакие изменения в договор (например, имени выгодоприобретателя или условий) не допускаются.

Изменение выгодоприобретателя

Замена имени бенефициара возможна лишь в период действия полиса. Для этого страхователь обязан уведомить СК заявлением с подтверждением о вручении. При этом согласия лица, в чью пользу будут производиться выплаты, не требуется. Более того, оно может даже не знать об этом.

Изменить имя выгодоприобретателя нельзя, если указанный в документе человек уже выполнил те или иные возложенные на него по договору обязательства либо затребовал компенсацию.

Также по каждому риску разрешено назначать отдельного получателя средств. К примеру, допустимо указывать, что при ущербе здоровью деньги отдадут застрахованному, а после его смерти их заберет вдова.

Права выгодоприобретателя

Получателю выгоды предоставляется право защитить себя от замены исполнив одну из обязанностей, перечисленных в договоре (проще всего заплатить страховой взнос или потребовать выплату, даже если для нее нет никаких оснований).

Также он может отказаться от своего статуса. Соглашаясь с ним, бенефициар приобретает все права и одновременно – обязанности. Это, в свою очередь, значит, что если страхователь в силу каких-либо обстоятельств не смог или прекратил делать взносы, то эту функцию должен взять на себя выгодоприобретатель.

Основные права:

  • затребовать компенсацию после наступления предусмотренного полисом случая;
  • отказаться от денег в пользу СК;
  • запретить разглашать информацию о собственной личности.

В то де время бенефициар обязан:

  • делать все возможное для недопущения страховых случаев и обеспечивать полную сохранность защищенной собственности;
  • уведомлять СК об увеличении рисков;
  • оперативно сообщить о наступлении ситуации предусмотренной полисом.

Wikimedia Foundation
.
2010
.

Синонимы
:

Смотреть что такое «Выгодоприобретатель» в других словарях:

    Выгодоприобретатель … Орфографический словарь-справочник

    Физическое или юридическое лицо, назначенное страхователем для получения компенсации ущерба в результате наступления страхового случая. В страховании здоровья медицинскую услугу. Выгодоприобретатель указывается либо в страховом полисе, либо в… … Финансовый словарь

    Лицо, назначенное страхователем на случай своей смерти в качестве получателя страховой суммы по личному страхованию. Синоним бенифициар(ий) … Юридический словарь

    А. Лицо, получающее доходы, пользующееся выгодой от чего либо. Б. Лицо, на чье имя и в пользу которого открыт аккредитив. В. Лицо, которому при наступлении страхового случая должно быть выплачено страховое возмещение. Словарь бизнес терминов.… … Словарь бизнес-терминов

    Сущ., кол во синонимов: 1 бенефициар (2) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 … Словарь синонимов

    Лицо, назначенное страхователем на случай своей кончины в качестве получателя (наследо вателя) страховой суммы по договору личного страхования. Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б.. Современный экономический словарь. 2 е изд., испр. М … Экономический словарь

    Выгодоприобретатель
    — (beneficiary) см. Бенефициарий … Экономико-математический словарь

    Выгодоприобретатель
    — см. Договор доверительного управления имуществом; Договор личного страхования; Договор морского страхования … Энциклопедия права

    ВЫГОДОПРИОБРЕТАТЕЛЬ
    — то же, что и бенефициарий, т.е. лицо, пользующееся какими либо благами на основании договора или ином законном основании, в т.ч. лицо, в интересах которого осуществляется доверительная собственность, получатель денег по аккредитиву или страховому … Юридическая энциклопедия

    Выгодоприобретатель
    — 2.3. Выгодоприобретатель. Выгодоприобретатель лицо, в интересах которого доверительный управляющий осуществляет управление имуществом. В качестве выгодоприобретателя может выступать учредитель управления или третье лицо…

Выгодоприобретатель
по договору страхования — это третье лицо, которое вправе получить денежную выплату при наступлении страхового случая. Выгодоприобретатель назначается страхователем. О том, кто такой выгодоприобретатель в страховании, вы узнаете из нашей статьи.

Выгодоприобретатель — это в страховании кто?

Выгодоприобретатель в страховании — это третье лицо, в пользу которого осуществляются выплаты при наступлении страхового случая.

Выгодоприобретателем может быть физическое и юридическое лицо.

Несмотря на то что в Гражданском кодексе РФ определения такого термина, как выгодоприобретатель, не содержится, сложностей с установлением этой фигуры в договоре страхования на практике не возникает.

Выгодоприобретатель юридического лица — это его участник, который имеет право действовать в интересах организации как по доверенности, так и без нее.

Как показывает практика, выгодоприобретатель может не иметь страхового интереса в каждом конкретном случае страхования. Это объясняется тем, например, что договор был заключен без желания выгодоприобретателя. Более того, выгодоприобретатель может быть заменен. Да и страховой случай, при наступлении которого выгодоприобретатель получит денежную выплату, может и не произойти.

Замена выгодоприобретателя

Страхователь может заменить выгодоприобретателя в любой момент в течение действия договора страхования, уведомив об этом страховщика. Однако если речь идет о договоре личного страхования, то страхователь сможет сделать это только с согласия выгодоприобретателя.

Однако замена выгодоприобретателя не допускается в том случае, когда он уже выполнил какую-либо обязанность по договору страхования или же предъявил страховщику требование о выплате страховой суммы.

Анкета выгодоприобретателя — юридического лица (образец заполнения)

Образец заполнения анкеты выгодоприобретателя гражданам предложат в офисе страховой компании. Расскажем о наиболее общих вопросах, которые возникают при заполнении анкеты:

  1. Информация о выгодоприобретателе: Ф. И. О., гражданство, дата рождения.
  2. Сведения о документе, удостоверяющем личность. Рекомендуем заполнять это поле очень внимательно, так как идентификация выгодоприобретателя страховой организацией будет осуществляться на основании данного документа.
  3. Сведения об ИНН / пенсионном удостоверении (номере СНИЛС) выгодоприобретателя.
  4. Информация об адресе прописки и регистрации выгодоприобретателя. Если они совпадают, заполняется одна графа.

В конце анкеты выгодоприобретатель ставит подпись и дату.

Сведения о выгодоприобретателе — юридическом лице (образец заполнения)

Анкета выгодоприобретателя — юридического лица отличается от анкеты выгодоприобретателя физического лица. В ней указываются:

  1. Наименование организации (полное и сокращенное).
  2. Сведения о регистрации выгодоприобретателя (номер ИНН, ОГРН, дата регистрации).
  3. Адрес юридический/фактический.
  4. Сведения об участниках.
  5. Данные представителей организации, которые вправе совершать любые действия от ее имени без доверенности. Здесь указываются следующие данные: должность, занимаемая в организации, полные Ф. И. О., гражданство, дата рождения, ИНН, данные паспорта и т. д.
  6. Дата заполнения.
  7. Подпись.

В некоторых анкетах выгодоприобретателя могут встречаться строки о том, является ли он (или члены его семьи) иностранным публичным должностным лицом (ИПДЛ).